Cтраница 2
Возник Новый юнионизм, представленный несколькими опытными руководителями самых крупных тред-юнионов. Это были: Аллан - от машиностроительных рабочих, Аппль-гарт - от плотников, Лекрафт - от столяров, Кример - от каменщиков, Оджер - от сапожников и др. Они признали необходимость политической борьбы и для профессиональных союзов и сосредоточили внимание на избирательной реформе. [16]
Триэтилолово в этих усло-виях не реагирует. В боратном буферном растворе ( рН 8 4) образуют комплексы как диэтнл -, так и триэтилолово с максимума... Олридж и Кример разработали метод спектрофотометриче-ского определения диэтнл - и триэтилолова в их смесях, основанный на различной экстрагируемое их хлороформом и образовании комплексов с дитпзопом. [17]
Впервые полностью публикуемая в настоящей книге переписка Женни, Лауры и Элеоноры между собой и с родителями за годы I Интернационала хранилась до недавнего времени у внуков и правнуков Маркса. Эта переписка с достоверностью передает дух интернационализма и пролетарской революционности, царивший в доме на Мейтленд-парк-род, в Хэмпстеде, северном пригороде Лондона, куда семья переехала в 1864 г. Дом Маркса числился в списках тайной полиции нескольких европейских держав как фактический штаб международного рабочего и социалистического движения. По субботам, а иногда и по воскресным дням, после совещаний, которые часто проводились на квартире у Маркса, к вечернему чаю садились уже не только старые друзья дома. Тут бывали английские члены Генерального Совета, тред-юнионисты Оджер и Кример, журналист-республиканец Питер Фокс, первый французский марксист - рабочий Эжен Дюпон, которого Маркс считал своим другом, секретарь-корреспондент для Швейцарии часовщик Герман Юнг - незаменимый член президиума многих интернациональных форумов. В 1870 г. сюда впервые пришли и русские революционеры, члены Интернационала Г. А. Лопатин, Елизавета Дмитриева ( Томанов-ская), а также будущий генерал Парижской коммуны Гюстав Флу-ранс. [18]
Что касается конгресса, то Маркс предложил от имени Генерального Совета созвать его в сентябре или октябре 1866 г. в Женеве. Место было единогласно одобрено, но время созыва по энергичному настоянию французов было передвинуто вперед, на последнюю неделю мая. Французы требовали также, чтобы всякий, кто предъявит свою членскую карточку, имел право присутствовать и голосовать на конгрессе. Для них это было принципиальным вопросом: именно так понимали они всеобщее избирательное право. Только после горячих прений было принято представительство на конгрессе через делегатов, за которое высказывались особенно Кример и Эккариус. [19]
Юнг входит - Кример пьет чай и мало уделяет внимания своему гостю, но при этом в самой наглой и равнодушной манере выдает ему следующую информацию: Оджеру ( который, кстати сказать, даже не делегат), Картеру и мне потребуются все переданные мне деньги; что касается Вас, Эккариуса и Дюпона, вам надо самим позаботиться о себе - для вас ничего не остается. Он собирал деньги, возглавлял все делегации, и его выставляют за дверь в такой хладнокровной манере, а Оджер, решительно ничего не сделавший для Товарищества, получает средства в свое распоряжение. Отлично - сказал он - если дело обстоит так, то я немедленно выезжаю в Женеву за свой счет и буду там раньше Вас. Теперь потрясен был Кример. [20]
Два дня спустя, 20 октября, у меня дома собрались Кример от англичан, Фонтана ( Италия) и Ле Любе. Уэстон не мог быть. Чтобы выиграть время, я предложил: прежде чем нам редактировать введение, необходимо обсудить устав. Был уже час ночи, когда первый из 40 пунктов устава был принят. Кример сказал ( я этого как раз и добивался): Нам нечего предложить Комитету, который должен заседать 25 октября. [21]