Cтраница 1
Луи-Наполеон становится с каждым днем все забавнее. [1]
Луи-Наполеон никогда не отрицал призвания Пруссии сыграть в Германии роль Пьемонта и был вполне готов войти в сделку с Бисмарком. Он предпочитал, если было возможно, получить то, что ему было нужно, мирным путем, в форме компенсаций. К тому же ему вовсе не нужен был весь левый берег Рейна сразу; если бы его давали но частям, по куску за каждое новое продвижение Пруссии, то это не так бросалось бы в глаза и, тем не менее, вело бы к цели. А в глазах французских шовинистов одна квадратная миля на Рейне была равноценна всей Савойе и Ницце. Итак, начались переговоры с Луи-Наполеоном, и было получено его разрешение на увеличение Пруссии и создание Северогерманского союза. [2]
Луи-Наполеон - см. Наполеон III Лукачевский А. [3]
Луи-Наполеона и реакционных депутатов, бросилась в объятия революционной партии и заявляет о своей приверженности к социализму, правда, пока еще очень примитивному и буржуазному. Мелкая буржуазия, угнетаемая крупным капиталом, который опять занимает и в торговле, и Б политике совершенно такое же положение, как при Луи-Филиппе, последовала за сельским населением. Перемена так велика, что даже предатель Марраст и газета бакалейных лавочников Siecle должны были высказаться за социалистов. Отношение различных классов друг к другу, иным выражением которого является взаимоотношение политических партий, в настоящее время почти такое же, каким оно было 22 февраля 1848 года. Только теперь речь идет о других вещах, рабочие гораздо более сознательны, и, кроме того, в движение втянут и завоеван для революции класс, остававшийся до сих пор политически безжизненным, класс крестьян. [4]
Этим Луи-Наполеон, между прочим, доказал, что его положение уже сильно пошатнулось. В самом деле, что могло быть лучшей местью за Садову, чем прусский принц на королевском троне в Испании, неизбежно вытекающие отсюда неприятности, вовлечение Пруссии во внутренние взаимоотношения испанских партий и даже, может быть, война, поражение карликового прусского флота и во всяком случае в высшей степени комическое положение Пруссии в глазах Европы. [5]
Положение Луи-Наполеона, Перспективы войны во Франции и др. - Маркс показал, что вмешательство Наполеона в итальянские дела диктуется стремлением предупредить революционный взрыв в этой стране, сохранить ее раздробленность и контрреволюционные режимы, а также укрепить свое положение во Франции. [6]
Если Луи-Наполеона его прошлое приучило не стесняться в выборе средств, то Бисмарка история прусской политики, особенно политики так называемого великого курфюрста и Фридриха II, научила действовать с еще меньшей щепетильностью, причем он мог сохранять облагораживающее сознание того, что остается в этом верен отечественной традиции. Свойственное ему практическое чутье учило его в случае нужды отодвигать на задний план свои юнкерские вожделения; когда же казалось, что надобность в этом исчезала, они снова резко выступали наружу; это было, конечно, признаком упадка. [7]
Но если Луи-Наполеон в критические моменты часто колебался, как, например, во время государственного переворота 1851 г., когда Морни пришлось положительно силой заставить его довершить начатое дело, или накануне войны 1870 г., когда своей нерешительностью он испортил свое положение, то с Бисмарком, нужно признать, этого никогда не случалось. [8]
Между тем Луи-Наполеон должен был поискать, не найдется ли где-нибудь у германской границы клочок земли, который он мог бы забрать в качестве компенсации за Садову. При образовании Северогерманского союза Люксембург не был включен в него, так что теперь это было государство, находившееся в личной унии с Голландией, вообще же вполне независимое. При этом Люксембург был почти так же офранцужен, как и Эльзас, и гораздо больше тяготел к Франции, чем к Пруссии, которую положительно ненавидел. [9]
Бисмарк - это Луи-Наполеон, французский авантюристский претендент на корону, перевоплотившийся в прусского захолустного юнкера и немецкого студента-корпоранта. Как и Луи-Наполеон, Бисмарк - человек большого практического ума и огромной изворотливости, прирожденный и тертый делец, который при других обстоятельствах мог бы потягаться на нью-йоркской бирже с Ван-дербилтами и Джеями Гулдами; да он и в самом деле весьма недурно устроил свои частные делишки. С таким развитым умом в области практической жизни часто бывает, однако, связана соответствующая ограниченность кругозора, и в этом отношении Бисмарк превосходит своего французского предшественника. Этот последний все же сам в годы своего бродяжничества выработал себе свои наполеоновские идеи 401 - правда, они и были по его мерке скроены - между тем, у Бисмарка, как мы увидим, никогда не было даже намека на какую-нибудь оригинальную политическую идею, он только по-своему комбинировал готовые чужие идеи. [10]
Статью Кошут и Луи-Наполеон Маркс направил Энгельсу 10 октября 1859 г. с просьбой показать ее также Вильгельму Вольфу и прислать обратно. [11]
Подобно легитимистам, бонапартисты пытались путем демагогии привлечь симпатии масс. Сам Луи-Наполеон издал з 1844 г. брошюру Об уничтожении пауперизма, в которой лицемерно выставлял себя защитником интересов трудящихся. [12]
Жирарден жалок в своей апологии империалистского кретина, маленькогоконстебля 32 - Луи-Наполеона; он неплох в своей атаке па Кавепьяка, эту шпагу г-на Марраста. [13]
Речь идет о написанной Марксом статье для New-York Daily Tribune под заглавием Кошут и Луи-Наполеон ( см.: МЭС2, 13, с. [14]
Согласно прокламации самого Бисмарка, война велась не против французского народа, а против Луи-Наполеона. [15]