Cтраница 2
С близкими идеями выступал и Ян Гус, требовавший отказа церкви от богатств, покупки и продажи церковных должностей, запрета на торговлю индульгенциями, преобразованию деятельности церкви по образу раннехристианских общин, лишения духовенства всех привилегий, в том числе и главной обрядовой привилегии - причащения вином. Миряне имели право причащаться только хлебом, а священники хлебом и вином. Ян Гус за свои еретические идеи был осужден церковным судом и сожжен на костре в 1415 г. Но его последователи ( гуситы) в результате длительной борьбы в 1462 г. получили право причащения вином. [16]
Примерно в середине XI в. Феодосии ввел в Печерском монастыре Устав Студийский, применявшийся уже в Византии; этот устав распространился затем по всем русским монастырям. В нем сказано, что монахи и миряне могут мыться в монастыре безвозмездно, но за мыло да възимають на все лето от манасты-ря по оурекоу и. Очевидно, речь идет о сравнительно ценном продукте, а не о зольном щелоке, мыльной траве или моющей глине. Византийское мыловарение известно ( гл. [17]
В отличие от католицизма, православная церковь не приписывает непогрешимости какому-либо одному человеку ( папе): по ее представлениям, непогрешимой признается вся православная церковь, которая, по мнению Данилевского, есть собрание всех верующих всех времен и всех народов под главенством Иисуса Христа и под водительством святого Духа, выражающая свое учение посредством вселенских соборов. По сравнению с католицизмом, внутренняя жизнь православной церкви отличается большей свободой. Так, решающий голос на вселенских соборах принадлежал епископам, но совещательный имели и клирики, и простые миряне, особенно философы и богословы, принимавшие участие в соборных прениях и помогавшие епископам своими указаниями и возражениями. В отличие от католичества, православие разрешает читать библию мирянам. Если для католичества характерно внешнее единство ( власть, господство, дисциплина), то для православия - скорее единство внутреннее: соборность, понимаемая как причастность православных общему Абсолюту. Православие не стремится к прямой светской власти, концентрируя свое внимание на душах людей. Различен на Западе и Востоке способ богословского мышления. Стремясь к истине умозрения, восточные мыслители заботятся прежде всего о правильности внутреннего состояния мыслящего духа; западные - более о внешней связи понятий. Восточные для достижения полноты истины ищут внутренней цельности разума: того, так сказать, средоточия умственных сил, где все отдельные деятельности духа сливаются в одно живое и высшее единство. [18]
Кремлевский Чудов монастырь оказался подходящим местом для всевозможных интриг. Расположенный под окнами царских теремов и правительственных учреждений, он давно попал в водоворот политических страстей. Благочестивый царь Иван IV желчно бранил чудовских старцев за то, что они только по одежде иноки, а творят все, как миряне. [19]
В нем выражено понимание того, что внутри церкви возможен лишь один идеал жизни и лишь одна нравственность, обязательные поэтому для всех настоящих христиан. Если монашество есть действительно высшая форма христианства, то это значит, что его зрелые последователи подчиняются монашеским правилам дисциплины, а незрелые - по средневековым понятиям это все миряне - по крайней мере обязаны повиноваться. [20]
Ввиду исключительной важности этого документа для истории нашего предмета приведем буллу полностью: Всеми силами души, как того требует папское попечение, стремимся мы, чтобы католическая вера в наше время всюду возрастала и процветала, а всякое еретическое нечестие искоренялось из среды верных. Не без мучительной боли недавно мы узнали, что в некоторых частях Германии, особенно в Майнцском, Кельнском, Трирском, Зальцбургском и Бременском округах, очень многие лица обоего пола пренебрегли собственным спасением и, отвратившись от католической веры, впали в плотский грех с демонами инкубами и суккуба-ми и своим колдовством, чарованиями, заклинаниями и другими ужасными суеверными, порочными и преступными деяниями причиняют женщинам преждевременные роды, насылают порчу на приплод животных, хлебные злаки, виноград на лозах и плоды на деревьях, равно как портят мужчин, женщин, домашних и других животных; что они препятствуют мужчинам производить, а женщинам зачинать детей и лишают мужей и жен способности исполнять свой супружеский долг; что сверх того они кощунственными устами отрекаются от самой веры, полученной при святом крещении, и что они, по наущению врага рода чловеческого, дерзают совершать и еще бесчисленное множество всякого рода несказанных злодейств и преступлений, к погибели своих / туш, к оскорблению божеского величия и к соблазну для много множества людей. И хотя возлюбленные сыны наши, Генрих Инститорис и Яков Шпренгер, члены ордена доминиканцев, профессора богословия, нашим апостольским посланием были назначены и до сего времени состоят инквизиторами, первый - в выше-назнванных частях Верхней Германии, обнимающих, как надо понимать, и провинции, и города, и земли, и епархии, и другие такого рода местности а второй - в некоторых областях вдоль Рейна; однако, некоторые клирики и миряне в этих странах, не в меру высоко ставя свое разумение, не стыдятся упорно утверждать, что так как в эти полномочных грамотах не были поименно и точно указаны эти епархии, города и местности, а также некоторые лица и их проступки, то поэтому вышепоименованным инквизиторам в вышеназванных провинциях, городах, епархиях, землях и местностях нельзя заниматься инквизицией и что их не должно допускать к наказанию, заключению в тюрьму и исправлению упомянутых лиц за вышесказанные злодейства и преступления. [21]
И только когда стало заметно, что влияние протестантизма на американскую культуру существенно ослабло, после II Ватиканского собора в жизни страны стала гораздо активнее участвовать Римская католическая церковь. Период 1930 - 1960 гг. был кульминационным моментом длительного процесса утверждения католицизма в Америке, когда церковь была занята решением, главным образом, собственных задач. Хотя католическая церковь и представляла собой религиозное меньшинство, она уже давно была самой многочисленной деноминацией, и ее уверенность в себе росла по мере того, как большинство ее членов достигало уровня респектабельного среднего класса. Образованные и мыслящие миряне были готовы приступить к решению новых задач, поставленных II Ватиканским собором в начале 60 - х годов. Беспрецедентное экуменическое движение, объединившее усилия католиков, протестантов и евреев, начавшееся со времени Движения за гражданские права негров и продолжающееся до сих пор, создало новую атмосферу в американской религиозной жизни. [22]
На Западе не было разделения на патриархаты, но зато произошло нечто совсем иное. Все, что от нее осталось, - ортодоксальная вера в противоположность арианскои, культура, право, - искало спасения в римской церкви. На него стали обращать свои взоры епископы и миряне в завоеванных варварами провинциях - даже и в тех, которые ранее отстаивали от Рима свою самостоятельность. Все довольно многочисленные блага римской культуры, какие были пощажены в провинциях варварами и арианами, приобрели теперь церковный характер и отданы были под покровительство римского епископа, ставшего самым знатным из римлян, с тех пор, как не существовало императора. [23]
Основой религии в первобытном обществе была низкая степень развития производительных сил и соответственная ограниченность отношений людей рамками материального производства, а значит, ограниченность всех их отношений к природе и друг к другу. При рабовладении, феодализме, капитализме, в смешанных обществах развитие подчинено законам движения отчужденных форм собственности. Рабовладельческий и феодальный строй предполагает внеэкономическое принуждение работника. Рабовладельческий основывался на непосредственных отношениях господства и подчинения. При феодализме личная зависимость обнаруживается как в отношениях материального производства, так и в других сферах жизни; зависимы все - крепостные и феодалы, вассалы и сюзерены, миряне и духовенство. Для социальных связей в эту эпоху характерны авторитарность и корпоративность. Капитализм воспроизводит отношения господства и подчинения в опосредованной форме. Юридически человек свободен, но подчинен экономическим регуляторам, законам движения капитала, который вносит свои правила игры в социальную, политическую и другие области. В смешанных обществах переплетаются родопле-менные, феодальные, капиталистические и иные отношения, внеэкономическое принуждение соединено с экономическим, традиционные структуры существуют наряду с новационными, рост степеней свободы сдерживается авторитарной, нередко военизированной системой управления и власти. [24]
Ведущими представителями этой приверженности к практической математике были мастера счета, и только изредка к ним присоединялся кто-либо из университетских людей, понявший благодаря изучению астрономии важность улучшения вычислительных методов. Центрами новой жизни были итальянские города и такие города Центральной Европы, как Нюрнберг, Вена и Прага. Профессора университетов н образованные миряне изучали греческие тексты, а честолюбивые мастера счета не оставались в стороне и старались понять эту новую науку на свой манер. [25]
Подтачиваемое быстрым ростом промышленного и банкового капитала и потрясаемое периодически вспыхивавшими и все усиливавшимися революционными движениями пролетариата и крестьянства, оно быстро шло к неминуемой гибели, увлекая за собой и все те общественные слои, и все те учреждения, которые были с ним органически связаны. Церковь была одним из таких учреждений; эпоха после 1861 г. для нее является также эпохой безысходного кризиса. Она была обречена так же, как и командовавшее ею государство. Некоторые наиболее проницательные ее деятели сознавали это уже в 60 - х годах. Несколько позже И.С. Аксаков уподоблял церковное тело трупу, в котором составные части - клир и миряне - соединены лишь насильственно и механически, сшиты на живую нитку, охвачены деморализацией и грозят окончательно разъединиться; Аксаков звал к церковной реформе, надеясь ею спасти религию и церковь, но не уясняя себе всей безнадежности этого предприятия при обреченности самодержавия. [26]
Еще в начале июня он приезжал к князю Острожскому с просьбою помирить его с братством; князь обещал, а с Гедеона взял обещание склонить на свою сторону Михаила перемышльского и открыто действовать против унии. Острожский был во Владимире; в его присутствии и в присутствии других знатных лиц Балабан явился в уряд гродский и объявил, что на двух съездах он, вместе с другими епископами, дал Кириллу Терлецкому четыре бланковых листа с своими печатями и подписями для того, чтоб написать на них к королю и сенаторам жалобы на притеснения, претерпеваемые русскою церковию. Но теперь дошла до него, Балабана, весть, что владыка луцкий написал на бланкетах что-то другое, написал какое-то постановление, противное религии, правам и вольностям русских людей. Вследствие чего, он, Балабан, протестует против всякого такого постановления, потому что оно составлено в противность правилам и обычаям православной веры, правам и вольностям русского народа, без ведома и дозволения патриархов, без духовного собора, и также без воли светских чинов, как знатных старинных фамилий, так и простых людей православной веры, без согласия которых епископы ничего делать и решать не могут. Князь Острожский немедленно написал Львовскому братству увещание примириться с Гедеоном, а Кирилл Терлецкий немедленно подал жалобу королю, обвиняя Гедеона Балабана в клевете; львовский епис - - коп был потребован к королю на суд, а между тем школьный учитель Стефан Зизаний, перешедший из Львова в Вильну, волновал православных этого города известиями об унии, поднимал их против епископов-предателей. Но православные жители Вильны требовали выхода из этого смутного положения, и единственный выход, по их мнению, был собор; вместе с Скуминым, они послали просить князя Острожского, чтоб выхлопотал у короля позволение на собор, на котором бы миряне съехались с епископами. Таким образом, поступок епископов, сговорившихся на унию, необходимо поднимал вопрос: могут ли одни епископы постановлять о делах церковных, или должны делать это с согласия мирян - вопрос первой важности во всей полемике об унии. [27]
Алексия человека божия, в именины государевы, к св. Начался ропот: Государь жалует на свой ангел, из тюрем виноватых людей распускает, а митрополит в такой праздник проклинает; но проклинает он не одного Молодожника и Лисицу, а всех новгородцев, у них у всех одна дума. Так поднимали злобу на Никона, старались ожесточить против него всех, но не было предлога идти гилем на Софийский двор; 19 чиста предлог нашелся. Прибежал с Софийской стороны на Торговую съезжей избы пристав Гаврила Нестеров, прозвищем Колча, сын площадного подьячего, и говорил: Митрополит Никон и окольничий князь Федор изменники. Вдруг прибегают в земскую избу отец его и жена с криком: Миряне, вступитесь. Митрополит и окольничий сына моего пытают, бьют и огнем жгут. [28]
Византин, привели к усилению там влияния папства, и визант. Патриарх закрыл церкви и монастыри в Византии, организованные по зап. Притязания обеих сторон быстро привели их к разрыву и взаимному преданию анафеме. Филиокве), восточная же - от отца ( через сына); на Западе миряне причащались только хлебом, на Востоке - хлебом и вином. [29]
В начале четвертого года царствования он издает манифест ко всем своим верным христианам без различия исповедания, приглашая их избрать или назначить полномочных представителей на вселенский собор под его председательством. Резиденция в это время была перенесена из Рима в Иерусалим. Палестина тогда была автономною областью, населенною и управляемою преимущественно евреями Иерусалим был вольным, а Тут сделался имперским городом. Христианские святыни оставались неприкосновенными, но на всей обширной платформе Харам-эш - Шерифа, от Биркет-Исраин и теперешней казармы, с одной сторэны, и до мечети Эль-Акса и соломоновых конюшен - с другой, было воздвигнуто одно огромное здание, вмещавшее в себе кроме двух старых небольших мечетей обширный имперский храм для единения всех культов и два роскошные императорские дворца с библиотеками, музеями и особыми помещениями для магических опытов и упражнений. В этом полухраме-полудворце 14-го сентября должен был открыться вселенский собор. Так как евангелическое исповедание не имеет в собственном смысле священства, то католические и православные иерархи, согласао желанию императора, чтобы придать некоторую однородность представительству всех частей христианства, решили допустить к участию на соборе некоторое число своих м фян, известных благочестием и преданностью церковным, интересам; а раз были допущены миряне, то нельзя было исключить низшего духовенства, черного и белого. Та: хим образом, общее число членов собора превышало три тысячи, а около полумиллиона христианских паломников наводнили Иерусалим и всю Палестину. [30]