Cтраница 1
Экономический национализм не смог сколько-нибудь значительно изменить экономич. Чтобы серьезно ослабить влияние идей экономич. [1]
В конечном итоге в век экономического национализма, когда Канада, Австралия, Норвегия и даже Великобритания заявляют о необходимости ограничить развитие нефтедобычи рамками своих собственных национальных потребностей, становится все труднее приводить доводы в пользу того, чтобы основные производители нефти действовали по-иному. После целого десятилетия непрерывной борьбы за право контроля над эксплуатацией своих собственных природных ресурсов, когда они страдали под бременем реального или воображаемого господства западного неоколониализма, страны-производители не станут использовать этот контроль в первую очередь в интересах других, если, конечно, им не будут представлены весьма веские доводы, свидетельствующие о том, что это будет также соответствовать и их собственным интересам. [2]
Эта позиция, отмеченная печатью узкого экономического национализма, постепенно смягчалась под воздействием особых военных обстоятельств. Несколько причин склонили Великобританию к участию в разработке многостороннего мирового порядка. [3]
ПАНГУ ПАТИ ( Партия единой Папуа-Новая Гвинея) - создана в 1967 г. Политика партии, получившая известность как экономический национализм, характеризуется стремлением к самостоятельному национальному развитию с использованием иностранного капитала под контролем государства и в интересах местной буржуазии. [4]
Такая система: - указывают эксперты Брукингского института, - превратит пригодные для коммерческой разработки запасы сырьевых материалов, которые до сих пор были закрыты для эксплуатации силами экономического национализма, в открытые. [5]
Прежде всего это было связано с экономическим национализмом - мобилизацией этнических чувств для получения права контроля за ресурсами. Кроме того, возникла необходимость в специальном изучении готовности различных этнических общностей к участию в разных формах собственности. [6]
Ничто не говорит и о том, что это может быть сделано в будущем. Наоборот, дух экономического национализма оказывает все более сильное влияние на принятие политических решений. [7]
Восток-Запад, лежит прежде всего распадение мира на соперничающие зоны преимущественной внутренней экономической интеграции, значительно более тесной, чем между зонами, как глобального ( к ним относятся Европейский союз, НАФТА - Североаме - риканскля зона свободной торговли, зона Большой китайской экономики, лпоноцентристский ареал интеграции и с известным допуском, группа стран АСЕАН), так и регионального уровня. Не случайно западные исследователи нередко говорят о возрождении после холодной войны экономического национализма вопреки всем ра - циональным соображениям. [8]
Результатом кампании под лозунгом Покупай индийское. Индия наполнилась товарами отечественного производства, которые преобладают на ее внутреннем рынке и по сей день, а также составляют существенную долю экспорта. Индийское государство после обретения независимости придерживалось курса на поддержку отечественных производителей, а аналитики считают экономический национализм одной из существенных особенностей развития Индии конца XIX-XX вв. [9]
С другой стороны, это можно было считать чьей угодно проблемой, кроме Соединенных Штатов, но достаточное число людей понимало, что именно такой подход и привел ко Второй Мировой войне. Естественные, но недальновидные протекционистские решения изолировали экономики друг от друга и экономический национализм легко перешел в дипломатические отношения и перерос в войну. [10]
Очевидно, что, с другой стороны, это можно было считать чьей угодно проблемой, только не Соединенных Штатов, но достаточное количество людей понимал, что именно такой подход и привел ко Второй мировой войне. Мир испытывал сильный финансовый ( долларовый) голод, золотые запасы стран перекочевали в США, прочие валюты обесценивались. Естественные, но недальновидные протекционистские решения изолировали экономики друг от друга, и экономический национализм легко проник в политические отношения, что и привело к войне. [11]
Технически и экономически извлекаемые ресурсы каменного угля оцениваются в 14 - 22 млрд. т у. Считают, что экспорт может возрасти с 31 34 млн. т у. Последний показатель, вероятно, прогнозируется исходя из предположения о высоких темпах освоения других энергоресурсов для внутреннего потребления и политики, направленной на экспорт угля. В Австралии сильно развит экономический национализм. В январе 1976 г. Австралия требовала, чтобы часть угля, экспортируемого в Японию, перевозилась австралийскими судами с оплатой фрахта, примерно на 50 % превышающего современный мировой фрахт. Японцы, как сообщают, отказались от этого, поскольку они уже с избытком заключили сделки на перевозки в условиях превышения спроса над предложениями на рынке морских перевозок. [12]