Cтраница 2
Безразлично, с чего начинать рассказ о трудах и днях великого человека. Большая н цельная жизнь как глобус: острова и материки, в каком бы отдаленье ни лежали они друг от друга, все равно омываются водами Мирового океана н существуют совместно. И с чего ни начни, вращение в конце концов приоткрывает лик всей Земли. [16]
И вот, если мы этот простой урок извлечем из опыта минувшего года и сделаем его руководящим для себя на весь 1922 год, тогда мы и эту трудность победим, несмотря на то что она гораздо больше, чем предыдущая трудность, потому что она лежит в нас самих. Эта трудность заключается в том, что мы сами не хотим сознать той неприятной истины, которая нам навязана, и не хотим попасть в то неприятное положение, в которое надо попасть: начни учиться сначала. Это - второй урок, который, на мой взгляд, вытекает из новой экономической политики. [17]
Смелость имеет в себе гений, силу и волшебство. Только примись за дело - и твой ум разгорячится. Начни - и дело будет завершено. [18]
Чтобы идти вперед, ты должен сохранить огонь в своем сердце. Начни больше волноваться непосредственно о себе, о своей судьбе, тогда твое опасение и страх начнут таять в твоей душе. [19]
Вот тут предстоит в ближайшем будущем бой, срок которого нельзя точно определить. Тут предстоит последний и решительный бой, тут больше никаких, ни политических, ни всяких других обходов быть не может, ибо это экзамен соревнования с частным капиталом. Либо мы этот экзамен соревнования с частным капиталом выдержим, либо это будет полный провал. И вот, если мы этот простой урок извлечем из опыта минувшего года и сделаем его руководящим для себя на весь 1922 год, тогда мы и эту трудность победим, несмотря на то, что она гораздо больше, чем предыдущая трудность, потому что она лежит в нас самих. Эта трудность заключается в том, что мы сами не хотим сознать той неприятной истины, которая нам навязана, и не хотим попасть в то неприятное положение, в которое надо попасть: начни учиться с начала. Это - второй урок, который, на мой взгляд, вытекает из новой экономической политики. [20]
Вопрос стоит так и только так, потому что тут соревнование серьезное и это соревнование решающее. Много у нас было всяких ходов и выходов из наших политических и экономических трудностей. Мы можем с гордостью похвастаться, что мы до сих пор умели использовать все эти ходы и выходы в разных сочетаниях, применительно к разным обстоятельствам, но теперь у нас больше никаких выходов нет. Позвольте это вам сказать без всякого преувеличения, так что в этом смысле, действительно, последний и решительный бой не с международным капитализмом - там еще много будет последних и решительных боев - нет, а вот с русским капитализмом, с тем, который растет из мелкого крестьянского хозяйства, с тем, которЛга им поддерживается. Вот тут предстоит в ближайшем будущем бой, срок которого нельзя точно определить. Тут предстоит последний и решительный бой, тут больше никаких, ни политических, ни всяких других, обходов быть не может, ибо это экзамен соревнования с частным капиталом. Либо мы этот экзамен соревнования с частным капиталом выдержим, либо это будет полный провал. И вот, если мы этот простой урок извлечем из опыта минувшего года и сделаем его руководящим для себя на весь 1922 год, тогда мы и эту трудность победим, несмотря на то что она гораздо больше, чем предыдущая трудность, потому что она лежит в нас самих. Эта трудность заключается в том, что мы сами не хотим сознать той неприятной истины, которая нам навязана, и не хотим попасть в то неприятное положение, в которое надо попасть: начни учиться сначала. Это - второй урок, который, на мой взгляд, вытекает и. [21]