Cтраница 3
Вторая причина состоит в том, что люди в силу своего рода близорукости склонны недооценивать свои будущие потребности. Эта причина вызвала возражения у соратников Бем-Баверка по австрийской школе Менгера и Визера: они считали некорректным шкладывать в теорию в качестве предпосылки нерациональное по-иедение хозяйственных субъектов. Кроме того, близорукости про-i лвостоитжелание оставить наследство своим детям, а неопределенность будущего, как отмечал Маршалл требует от людей накопления сбережений на черный день, т.е. поведения, обратного тому, из которого исходил Бем-Баверк. [31]
Вместе с ростом запаса при данной потребности снижается предельная полезность и, слодоиательно, ценность блага; при уменьшении запаса предельная полезность и ценность возрастают. Величина ценности материального блага определяется, по мнению Бем-Баверка, важностью той конкретной потребности, к-рая занимает последнее место в ряду потребностей, удовлетворяемых всем запасом материальных благ данного рода. [32]
Эта причина предполагает, что люди в основном оптимистичны. Конечно, это далеко не всегда так: критикуя Бем-Баверка, Викселль, в частности, отмечал, что пожилые люди склонны, напротив, оценивать будущие блага выше, чем настоящие. Но эти люди, по мнению Бем-Баверка, будут хранить деньги или блага в виде сокровища и не смогут участвовать в определении ставки процента - там должна преобладать позитивная оценка будущего. [33]
Бем-Баверк ( Boem-Bawerk) Эйген ( 1851 - 1914), австрийский экономист и государственный деятель, глава австрийской школы в политической экономии. Разработал модель функционирования экономики, в которой, отвлекаясь от социологических факторов ( т.е. классовых отношений в обществе), рассматривал такие понятия, как наличие благ, производственный цикл, заработная плата, процент. Теоретические взгляды Бем-Баверка резко критиковали марксисты, особенно Ленин и Бухарин, однако его работы оказали влияние на дальнейшее развитие экономической науки, в том числе на ряд направлений экономико-математических исследований, включая теорию игр. [34]
Эта причина предполагает, что люди в основном оптимистичны. Конечно, это далеко не всегда так: критикуя Бем-Баверка, Викселль, в частности, отмечал, что пожилые люди склонны, напротив, оценивать будущие блага выше, чем настоящие. Но эти люди, по мнению Бем-Баверка, будут хранить деньги или блага в виде сокровища и не смогут участвовать в определении ставки процента - там должна преобладать позитивная оценка будущего. [35]
Модель оставляет открытым осн. При этом в рыночной конкуренции, вызывающей отклонения цены от стоимости, участвуют все покупатели и продавцы, вследствие чего цена тяготеет не к оценкам их предельных пар, а к общественно необходимым затратам труда. Только в том случае, если указанные продельные оценки совпадают с уровнем общественно необходимых затрат, они могут соответствовать действит. Как и шкала Менгера, модель Бем-Баверка может иллюстрировать индивидуальные мотивы поведения отд. Никакого самостоят, значения для теории ценообразования обе эти схемы иметь не могут. [36]
Хозяйственная жизнь составляется из множества отдельных действий хозяйствующих субъектов, которые определяются мотивом хозяйственного расчета. Микроскопически действия продавцов и покупателей определяются расчетом, ориентированным с разной, бесконечно дифференцированной, осведомленностью о положении рынка, столь же дифференцированной разумностью и с неопределенной подвижностью во времени субъективных оценок и их окончательных денежных выражений или значений, каковыми являются реализованные, сделанные цены. Хотя эти цены и имеют тенденцию к единству или равновесию, но равновесия эти неустойчивы и подвержены постоянным колебаниям. Бем-Баверка, по мнению Струве, рынок как бы искусственно a priori рационализируется. В концепции равновесия всего спроса и всего предложения равновесие предполагается достигнутым заранее и ищутся только условия его осуществления. Но реальный рынок это описывает несколько неточно. [37]
Затратив некоторое время на изготовление капитального блага в виде удочки, он сможет значительно повысить производительность своего занятия. Наконец, еще более удлинив процесс производства и сплетя сеть, он достигнет еще лучшего результата. Короче говоря, использование капитала ведет к возрастанию окольности и длительности процесса производства, а оно, в свою очередь, повышает результативность этого процесса. Возрастание окольности производительно, потому что предполагает применение большей массы капитала относительно единицы труда. Рассуждение Бем-Баверка исходило и-з того, что капиталовложения всегда удлиняют процесс производства - длительность процесса тождественна его капиталоинтенсив-ности, что, разумеется, верно далеко не во всех случаях. Так что капитальные блага, которые можно употребить уже сегодня, к определенному моменту в будущем станут более производительны, чем те, которые можно будет употребить лишь тогда. Здесь Бем-Баверк приводил свой любимый пример - выращивание леса: чем старше лес, тем он производительнее. Но для того, чтобы дождаться плодов окольных процессов, собственники факторов производства должны приобрести средства существования ( настоящие блага), расплатившись позднее с лихвой за счет будущих благ, произведенных с помощью более производительных методов. [38]
Бем-Баверка служит позаимствованный им у К. Менгера пример с пятью мешками зерна, которыми обладает старик-отшельник, живущий в лесу. Лишившись какого-либо одного мешка, отшельник фактически отказался бы лишь от корма попугаев, т.е. удовлетворения наименее настоятельной потребности. Поэтому именно ею и определяется ценность каждого из мешков зерна. По определению Бем-Баверка, величина ценности материального блага определяется важностью той конкретной потребности ( или частичной потребности), которая занимает последнее место в ряду потребностей, удовлетворяемых всем наличным запасом материальных благ данного рода. Ценность вещи измеряется величиною предельной пользы этой вещи. [39]
Переходя к политической экономии, надо отметить, прежде всего, что в этой области поправки ревизионистов были гораздо более разносторонни и обстоятельны; на публику старались подействовать новыми данными хозяйственного развития. Говорили, что концентрации и вытеснения крупным производством мелкого не происходит в области сельского хозяйства вовсе, а в области торговли и промышленности происходит она крайне медленно. Говорили, что кризисы теперь стали реже, слабее, вероятно, картели и тресты дадут возможность капиталу совсем устранить кризисы. Говорили, что теория краха, к которому идет капитализм, несостоятельна ввиду тенденции к притуплению и смягчению классовых противоречий. Говорили, наконец, что и теорию стоимости Маркса не мешает исправить по Бем-Баверку. [40]
Именно к такому эклектизму сводится, на мой взгляд, то новое критическое направление, которое начинает вырисовываться в нашей литературе за последнее время ( ср. Первый из названных писателей начал вырисовывать свою склонность к эклектизму более пяти лет тому назад в своих Крит, зам. Странно поэтому слышать от Струве такую фразу: Закрывать просто глаза на так называемую ( напрасно, должно быть, так называемую. Закрывать просто глаза не только на буржуазную науку, но даже и на самые нелепые учения до крайнего мракобесия включительно, конечно, безусловно вредно; это - банальное обшее место. Но одно дело - не закрывать глаз на буржуазную науку, следя за ней, пользуясь ею, но относясь к ней критически и не поступаясь цельностью и определенностью миросозерцания, другое дело - пасовать перед буржуазной наукой и повторять, напр. А затем, если уж говорить о повторении и перефразировке, то неужели повторение и перефразировка Бем-Баверка и Визера, Зомбарта и Штаммлера сами по себе a priori заслуживают большего внимания, чем повторение и перефразировка Маркса. Неужели Струве, ухитрившийся уже ( в русской литературе, заметьте) усмотреть вред ( sic. Маркса, не заметил и не замечает вреда от некритического повторения модных поправок модной буржуазной науки. Как далеко надо было отойти от марксизма, чтобы прийти к подобному взгляду и к такому непростительному закрыванию глаз на современное шатание мысли. Струве выражает в конце своей статьи специальное пожелание, чтобы я высказался по вопросам, поднимаемым так называемой критикой. Замечу на это, что меня особенно занимает в настоящее время вопрос о современном эклектическом направлении в философии и в политической экономии и что я не теряю еще надежды представить со временем систематический разбор этого направления i e; гоняться же за каждой отдельной основной ошибкой и основной антиномией... [41]