Cтраница 1
Военное общество подчиняет внутреннюю организацию целям борьбы за выживание или агрессии. Классическим примером такого общества Спенсер считает Спарту. Для военного общества характерны доминирование коллективных целей над индивидуальными, жесткая организация и система принуждения, иерархическая структура управления, господство военной касты, наследование власти, высокий уровень сплоченности, дисциплины, религиозность сознания и др. Военные институты распространяют влияние на все сферы общественной жизни, поощряют воспитание патриотизма, лояльности, конформизма, готовности к самопожертвованию. Военизированные общества создают эффективно функционирующую систему, которая, однако, мало приспособлена к социальным изменениям. Такие общества консервативны, и в этом главная причина гибели могущественных милитаристских государств и империй. [1]
Грубо говоря, военное общество - это распространение армейской организации на все сферы общественной жизни. Отсюда не только запретительное право, единственно допустимое в промышленном обществе, но и прямая регламентация того, что следует делать. Тип военного общества у Спенсера во многом совпадает с другим, еще более распространенным в социологии, полярным типом традиционного общества. Мэном ( Мейном) о господстве статусных, наследуемых отношений при военной организации, когда каждый член общества занимает предназначенное ему положение, будучи пожизненно приписан к определенной позиции в организационной иерархии. Вознаграждения за труд и почести распределяются здесь, как правило, не по его качеству и квалификации, а согласно позиции и рангу в иерархии. Право охраняет не интересы индивидов, личности, а в первую очередь незыблемость статусной иерархии и власти. [2]
А вот как выглядит контовская концепция перехода от военного общества к индустриальному в социально-философски обобщенном виде: Все многообразные, общие средства разумной науки, применимые к политическим исследованиям, - пишет Конт, - уже сами по себе содействовали решительному установлению неизбежной первоначальной тенденции человечества к преимущественно воинственной жизни и его окончательному столь же непреодолимому назначению к его индустриальному, главным образом, существованию. [3]
Мотивом отмеченного присвоения, как видим, является у Конта термин военное общество, который - со ссылкой на своего ученика - использовал и Сен-Симон. [4]
В истории социологии придается большое значение теории Спенсера о закономерной эволюции от военного общества, основанного на принудительной кооперации, к индустриальному, базирующемуся на добровольной кооперации. [5]
Судя по превосходному труду Конта, на который ссылается в данной связи Сен-Симон, понятие военного общества толкуется у первого столь же широко, как и понятие теологического общества, введенное вторым, использовавшим его для характеристики и древнеегипетского, и греко-римского, и средневекового циклов поступательного развития Разума. [6]
Здесь идея влияния промышленного характера социально-экономического развития на перспективы мировой политики сформулирвована столь радикально, что Конт со своей концепцией перехода от военного общества к промышленному мало чего мог добавить к ней по существу. [7]
Конту, способствовал развитию существенных атрибутов человека ( интеллигентности и ограничению эгоизма с помощью стимулирования социальных инстинктов) в гораздо большей степени, чем военное общество, которому человечество обязано культивированием одной лишь из социальных способностей: дисциплинированности. Но, кроме того, поскольку свободный человек ( благодаря общему прогрессу человечества) получил более высокую ценность, возникло повсеместное стремление заменить использование его физического труда - различными механическими изобретениями. [8]
С социальной точки зрения новое общество характеризуется победой альтруизма над эгоизмом, ростом социальных чувств, упрочением порядка и социального мира, осуществляется переход от военного общества к промышленно развитой системе. Вместе с тем подчеркивается, что и в новом обществе есть свои как положительные, так и отрицательные моменты, поэтому задача науки состоит в том, чтобы максимально содействовать очищению этого общества от отрицательных сторон. [9]
Органические аналогии получают у Спенсера применение, когда он рассматривает политические учреждения, которые собственно говоря и являются у него настоящим социальным организмом. Хотя и здесь многое не нуждается в органических аналогиях и, в частности, определение и переход от военного общества к индустриальному. [10]
Военное общество подчиняет внутреннюю организацию целям борьбы за выживание или агрессии. Классическим примером такого общества Спенсер считает Спарту. Для военного общества характерны доминирование коллективных целей над индивидуальными, жесткая организация и система принуждения, иерархическая структура управления, господство военной касты, наследование власти, высокий уровень сплоченности, дисциплины, религиозность сознания и др. Военные институты распространяют влияние на все сферы общественной жизни, поощряют воспитание патриотизма, лояльности, конформизма, готовности к самопожертвованию. Военизированные общества создают эффективно функционирующую систему, которая, однако, мало приспособлена к социальным изменениям. Такие общества консервативны, и в этом главная причина гибели могущественных милитаристских государств и империй. [11]
Грубо говоря, военное общество - это распространение армейской организации на все сферы общественной жизни. Отсюда не только запретительное право, единственно допустимое в промышленном обществе, но и прямая регламентация того, что следует делать. Тип военного общества у Спенсера во многом совпадает с другим, еще более распространенным в социологии, полярным типом традиционного общества. Мэном ( Мейном) о господстве статусных, наследуемых отношений при военной организации, когда каждый член общества занимает предназначенное ему положение, будучи пожизненно приписан к определенной позиции в организационной иерархии. Вознаграждения за труд и почести распределяются здесь, как правило, не по его качеству и квалификации, а согласно позиции и рангу в иерархии. Право охраняет не интересы индивидов, личности, а в первую очередь незыблемость статусной иерархии и власти. [12]