Cтраница 2
Стержень нашего вопроса мы ощутим, остановив внимание на различной мотивации человеческого труда. Хозяйственный труд может выполняться и исключительно под давлением необходимости, как труд в поте лица для пропитания; но этим только редко исчерпывается отношение человека к своему труду. Труд есть не только подневольная тягота, но включает в себя в большинстве случаев и известный этический элемент: он может рассматриваться и как исполнение религиозных или нравственных обязанностей. В связи с религиозными представлениями труд, хотя и в поте лица, отпечатлевается, напр. [16]
Помимо исключительной гениальности, красоты и благородства высочайшие проявления воздержания, бескорыстия и деятельной благотворительности, казалось, достаточно оправдывали огромное самолюбие великого спиритуалиста, аскета и филантропа. И обвинять ли его за то, что, столь обильно снабженный дарамз Бо-жиими, он увидел в них особые знаки исключительного благоволения к нему свыше и счел себя вторым по Боге, единственным в своем роде сыном Бо: киим. Но это сознание своего высшего достоинства на деле определилось в нем не как его нравственная обязанность к Богу и миру, а как его право и преимущество перед другими, и прежде всего перед Христом. У него не было первоначально вражды и к Иисусу. Он рассуждал так: Христос пришел раньше меня; я являюсь вторым; но ведь то, что в порядке времени является после, то по существу первее. Я прихожу последним, в конце истории именно потому, что я совершенный, окончательный спаситель. [17]
Иногда, впрочем, эти признаки не очевидны; однако, только поверхностный человек делает поспешный вывод, что их нет, если они не тотчас открываются его взгляду, а может быть даже - легкому желанию их не видеть. Вещи часто бывают очень сложными, и связь между ними возникает только при помощи ряда промежуточных отношений. Тогда у них есть и история. Так, если какое-либо племя находится посреди скудной природы и вблизи превосходящих сил неприятеля, то для него может стать нравственной обязанностью убивать слабых детей, особенно же девочек, и съедать неспособных к труду стариков, так как питание бесполезных ртов при этих условиях для него не возможно. [18]
Однако при подходе к принципам обмена в рамках складывающегося капиталистического хозяйства уже не Ставится вопрос о критериях справедливости того или другого договора, так же как и о критериях справедливой цены, но каждый фактический договор считается оправданным. Гобб-са ( 1588 - 1679), согласованная цена какой-нибудь вещи и есть ее стоимость. Она появляется только в соглашении участников договора. Так же не имеет смысла для Гоббса и моральный подход к договорам. Он рассматривает их лишь на предмет соответствия или несоответствия законам. Если договор сбответствует законам, он справедлив. Не случайно в западноевропейской традиций справедливость совпадает с понятием законность; справедливость равнозначна слову закон. Как следствие, справедливость участников договора заключается не в чем ином, как в выполнении договора, а вовсе не в учете статуса другой стороны. И в этом случае великодушие и благотворительность исключаются из понятия справедливости, поскольку в данной трактовке выходят за границы нравственной обязанности. [19]