Cтраница 3
Оратор доказывает законность убийства при самозащите, исходя из естественного права. [31]
Оратор может избрать подходящий мелодический оборот для данной фразы, но, настойчиво повторяя его, может сделать его невыразительным и скучным, как уже надоевшая и когда-то популярная песенка. [32]
Оратор должен походить на холостяка, которого мы уже определили как человека, не повторяющего сделанную когда-то ошибку. Пожалуй, ничто так дорого ему не обходится, как быть разоблаченным в неправильных суждениях. Одна ошибка - и всю речь в целом ожидает провал, особенно если аудитория критически или недоверчиво настроена. Первые три ошибки, приводимые далее, имеют отношение к самому существу утверждений, остальные - к способам приложения утверждений в процессе суждения. [33]
Ораторы, имеющие опыт в выступлениях перед микрофоном, знают, что усилительный механизм для непринужденной и насыщенной интонациями речи дает больше возможностей, чем это допускают условия просторных помещений. Они пользуются тем обстоятельством, что недостатки голоса до некоторой степени искупаются полнотой звучания. [34]
Оратор говорил так быстро, что я не мог разобрать многих слов. [35]
Оратор подробно остановился на необходимости улучшения политико-воспитательной работы среди молодежи. [36]
Оратор оказался вполне прав, признав наиболее научными это предсказание и открытую защиту капитализма в земледелии. [37]
Оратор показывает, что именно поэтому держат народ в непроходимом невежестве, и останавливается на речи октябриста кн. Святополк-Мирского. Вы не забыли, конечно, его ужасных слов: оставьте всякую мысль об увеличении площади крестьянского землевладения. [38]
Оратор переходит к вопросу о том, как может быть ликвидирована европейская война. Здесь оказывается, что он представляет себе разрешение европейского кризиса не в таких оптимистических тонах, как А. Мы считаем: без аннексий - это и без захватов, которые были совершены до нынешней войны. Для нас эта формула означает предоставление народам полной свободы отделиться от одних государств и присоединиться к другим. Но осуществление такой формулы без социалистической революции невозможно, и потому нет иного выхода из европейской войны, как исемирная революция. [39]
Ораторы, не умеющие правильно дышать, рискуют оказаться в ситуации, когда им не хватит дыхания именно в тот момент, когда они захотят подчеркнуть определенное слово или фразу. Вместо выделения ключевого пункта сообщения происходит его потеря для слушателей. [40]
Оратор прав, когда он называет закон о цензуре мерой предупреждения; это - полицейская мора предосторожности против свободы; но он неправ, когда называет закон о печати репрессивной мерой. Это - мера самой свободы, которая делает себя мерилом для своих собственных исключений. Мероприятие цензуры не есть закон. Закон о печати не есть репрессивная ьюра. [41]
Предшествующий оратор заявил, что Воронежский комитет очень деятельно работал и проявил много живости и энергии в вопросе о съезде. [42]
Оратор текста своей речи но представил; протокольная же запись не полна и не удовлетворительна. [43]
Недобросовестные ораторы стремятся представить плохое хорошим. [44]
Двадцатичетырехлетний оратор изящно связал злобу дня ( русско-турецкая война началась в апреле 1877 г.) с давними славянофильскими предвидениями, что Россия сыграет главную роль в освобождении балканских славян. Обращают на себя внимание твердое неприятие молодым Соловьевым идей революционного социализма и его вера в историческое призвание России, русского народа и славянского мира. В классическом славянофильстве идеи мессианизма, столь явные у Соловьева, отсутствовали. [45]