Cтраница 4
Собравшийся весной 1821 г. в Москве съезд Союза благоденствия стал одной из самых существенных страниц истории движения декабристов. Решения, принятые на съезде, предопределили программу, тактику и организационные формы последующей борьбы первых русских революционеров. Во-первых, на съезде была утверждена новая организационная структура тайного дворянского революционного общества, зафиксированная в уставе и сохранившаяся вплоть до 1825 г. На смену расплывчатому, аморфному Союзу благоденствия пришла хорошо законспирированная и четко сформированная тайная организация. Во-вторых, впервые в истории тайного общества была принята политическая программа. [46]
Екатеринославский комитет, в своей резолюции по поводу июльской декларации ЦК высказавшийся решительно против объединения с меньшинством, теперь, однако, вынужден был согласиться на временную совместную работу с ними. Его вынуждала к этому и недостаточность собственных сил и недостаток литературы, которую ЦК присылал только угодным ему комитетам; его вынуждало к этому и то, что меньшевики еще до принятия их в организацию завязали самостоятельно связи с периферией, распространяли помимо комитета привезенную с собою литературу, - словом, показывали свой блеск и силу и рассказывали на всех перекрестках, что местный комитет и сам ничего не делает и их не пускает к работе. Понятно, что и без того натянутые отношения с периферией, вызванные безотрадным положением дел в партии и в местном комитете, еще больше обострились и комитет был вынужден сделать попытку совместной работы, как это предлагал представитель ЦК. И тут-то тайная организация пошла в ход. [47]
Плеханов не лукавит теперь печатно, притворяясь, что признает меньшинство правым принципиально. Да одним уже этим сравненьем Плеханов выдает себя, выдает, что отношение большинства к меньшинству равняется отношению марксизма к прудонизму, тому самому отношению революционного и оппортунистического крыла, которое фигурирует и в приснопамятной статье Чего не делать. Возьмите решения Совета партии ( № 73 и приложение к № № 73 - 74), и вы увидите, что прекращение тайной организации меньшинства, провозглашенное в вышеупомянутом письме ЦК к комитетам, означает не что иное, как переход трех членов ЦК в тайную организацию меньшинства. В этом смысле тайная организация действительно исчезла. [48]
Но фактически в Южном обществе главенствовал Пестель, авторитет и влияние которого были непререкаемы. Его твердая воля, ясный ум, колоссальная, поистине энциклопедическая эрудиция, глубокая убежденность в своей правоте и железная логика суждений увлекали и подавляли слушателей так, что, по свидетельству его соратников, трудно было устоять против его влияния. Пестель выступал за строго дисциплинированную тайную организацию, каким и стало Южное общество, самое многочисленное и радикально настроенное. Ежегодно в январе, начиная с 1822 г., в Киеве, куда съезжались по делам службы на Контрактовую ярмарку офицеры многих полков, собирались съезды Южного общества для обсуждения организационных, тактических и программных вопросов. [49]
Важный, но не решенный историками вопрос связан с осмыслением того, насколько велика оказалась роль масонов в определении окончательного состава Временного правительства. Поскольку Катков сделал именно этот вопрос центральным в своей интерпретации Февральской революции, большинство историков избегало его. Пять членов кабинета - Керенский, Некрасов, Коновалов, Терещенко и Ефремов - были известны принадлежностью к тайной организации политического масонства. Вместе с тем, трудно найти реальные свидетельства заговорщической деятельности масонов. Дополнительные свидетельства, особенно использование по сих пор не открытого архива Кусковой, а равно и дальнейшее исследование роли Коновалова, чья деятельность в ходе революции остается таинственно затемненной, вероятно даст возможность более определенного суждения по этому вопросу. [50]