Cтраница 2
Правда, об отечественной войне Румынии с Галицией, Галиции с Польшей, Польши с Германией вчера еще кричали со всех крыш. Но что значит отечество в сравнении с денежным мешком Антанты, приказавшей прекратить междоусобную войну. Антанта приказала составить единый фронт против Советской России, - могли ли они, наймиты империализма, не выстроиться во фронт. Даже германское правительство, оплеванное и затоптанное Антантой в грязь, даже оно, потеряв элементарное чувство собственного достоинства, вымолило себе право на участие в крестовом походе против социализма в интересах... Разве не ясно, что Антанта имеет все основания потирать руки, разглагольствуя о невмешательстве в русские дела и о мирных переговорах с большевиками. К чему опасная для империализма открытая интервенция, требующая к тому же больших жертв, раз есть возможность организовать прикрытую национальным флагом и совершенно безопасную интервенцию за чужой счет, за счет малых народов. Война Румынии и Галиции, Польши и Германии с Россией. Но ото ведь война за национальное существование, за охрану восточной границы, против большевистского империализма, война, ведомая самими румынами и галичанами, поляками и германцами, - при чем же тут Антанта. Правда, последняя снабжает их деньгами и вооружением, но это ведь простая финансовая операция, освященная международным правом цивилизованного мира. [16]
На Западе не было разделения на патриархаты, но зато произошло нечто совсем иное. Все, что от нее осталось, - ортодоксальная вера в противоположность арианскои, культура, право, - искало спасения в римской церкви. На него стали обращать свои взоры епископы и миряне в завоеванных варварами провинциях - даже и в тех, которые ранее отстаивали от Рима свою самостоятельность. Все довольно многочисленные блага римской культуры, какие были пощажены в провинциях варварами и арианами, приобрели теперь церковный характер и отданы были под покровительство римского епископа, ставшего самым знатным из римлян, с тех пор, как не существовало императора. Незаметным образом римская церковь заступила место римской империи; последняя не погибла, но лишь приняла иную форму, возродившись в этой церкви. Утверждая, что римская церковь была и есть освященная Евангелием старая римская империя, мы вовсе не хотим пускаться в остроумные парадоксы, а лишь выражаем исторический факт и даем наиболее верную характеристику этой церкви. [17]