Cтраница 1
Простейший ответ, не связанный с отказом от предположений теории катастроф, что бифуркации устойчивы и подобны бифуркациям гладкой градиентной динамики ( эти предположения Зиман называет в [157] предположениями о повторяемости, непрерывности и гомеостазе, понимая последний в смысле тенденции к биохимическому равновесию), заключается в том, чтобы отбросить предположение, что скачки при исчезновении равновесий происходят быстро. [1]
Простейший ответ состоит в том, что в действительности нас интересует лишь случаи нормального падения, а в этом случае / и 2 совпадают в пространстве. [2]
Если же задача Лойда поставлена правильно, то простейшим ответом будет: две пирамиды по 10 дынь, из которых можно сложить одну пирамиду, содержащую 20 дынь. [3]
Что может означать интеграл такой, как ff ( x) y ( x) dxl Простейший ответ - зто понимать его в слабом смысле. [4]
Для этого требуются некоторые геометрические размышления ( фиг. Простейший ответ 8 8 сек дает слишком мало. [5]
Как видно, разложение данного представления на неприводимые составляющие осуществляется просто, если известны характеры всех неприводимых представлений. Простейший ответ на вопрос, как найти характеры неприводимых представлений, заключается в том, что нужно искать их в таблице. Тем не ме - нее мы кратко изложим основы их вычисления. [6]
Простейшим ответом является вероятность недобора. Она измеряет шансы на то, что доходность ценной бумаги окажется Ниже ожидаемой доходности. По существу, это доля вероятностного распределения, лежащая слева от ожидаемой доходности. [7]
Это фраза описывает роль нашей системы убеждений в нашей жизни что мы склонны видеть ту реальность, представление о которой есть в нашем мозгу. Если мы верим, что каждый вопрос имеет только один правильный ответ, мы будем способны видеть только один простейший ответ и будем судить о людях и о себе только с этой единственной позиции. Каждый, кто отвергает все множество вариантов ради одного, простейшего, очень напоминает идиота. [8]
Но если схождение к среднему столь неотвратимо, почему прогнозирование остается таким неблагодарным делом. Почему мы не умеем провидеть грядущее так же, как Иосиф в разговоре с фараоном. Простейший ответ на этот вопрос заключается в том, что силы, управляющие природой, отличаются от сил, управляющих человеческой психологией. Точность большинства предсказаний зависит в большей степени от людей, нежели от матери-природы, которая со всеми ее причудами ведет себя гораздо определеннее, нежели группа людей, пытающихся выработать свое понимание чего бы то ни было. [9]
Дедекинд, Фреге и Брауэр, или же, как утверждали Гельмгольц и Гильберт, теория чисел имеет дело только с конкретными числовыми знаками. Было бы бесполезно выписывать это число в виде ряда черточек, да это и практически невозможно. Впрочем, и здесь остается некая неясность - по меньшей мере для того, кто не способен верить в числа как в некую готовую систему наличных сущностей. Простейший ответ на это сомнение находят у Гильберта: 1011 является для него сокращением символа, который легко может быть эксплицирован в формализме. Как бы дело ни решалось, но коль скоро найден надежный способ обращаться со знаками, знают, как быть, и спор о мнениях и словах теряет смысл. [10]
Нужно было только сконструировать набор молекулярных моделей и начать играть ими. Ломать голову над сложностями, не убедившись прежде, что простейший ответ не годится, было бы непростительной глупостью. [11]
Тот факт, что эти ионы имеют достаточно правильную форму, является одним из многих, предупреждающих нас: не следует рассчитывать, будто теория применима во всех случаях. Тогда у читателя может возникнуть вопрос, почему для объяснения стереохимии ионов [ ТеХ5 ] - учет неподеленной пары был необходим. Простейший ответ состоит в том, что центральный атом стремится иметь возможно более высокую симметрию по отношению к своему электронному окружению; на этом основании октаэдрическая конфигурация оказывается предпочтительнее. Однако в следующем разделе ( на примере XeF6) мы увидим, что это утверждение верно не во всех случаях. [12]
И вот в конце 60 - х годов стали поговаривать, что, мол, с ДНК все ясно, с проблемой синтеза белка тоже покончено ( к тому времени был расшифрован генетический код), и молекулярным биологам пора переключаться на новые проблемы, например, на проблему высшей нервной деятельности мозга. Потом-то стало ясно, что это был период, когда старые идеи и методы уже исчерпали себя, а новые еще не появились. Простейшие ответы были возведены в ранг абсолютных истин. Впрочем, все это ясно только теперь - задним умом все крепки - а тогда, наверное, никто не подозревал, что 70 - е годы пройдут под знаком ДНК. [13]