Cтраница 1
Отношение капиталиста и наемного работника внешне выглядит как купля-продажа его труда за определенную заработную плату. Она выдается лишь после того, как рабочий уже затратил в производстве свой труд. Поэтому заработная плата и проявляется как цена оплаты этого труда. [1]
Нужно подчеркнуть, что пролетариат применяет насилие только в отношении капиталистов, помещиков и их пособников, а не в отношении трудящихся классов. Этим определяется глубоко демократическая природа пролетарской власти. Если буржуазное государство означает диктатуру эксплуататорского меньшинства над подавляющим большинством общества, то пролетарское государство выражает интересы громадного большинства общества. Рабочий класс руководит крестьянством и другими трудовыми слоями общества, своими союзниками и братьями по борьбе, способствует их добровольному переходу на рельсы социализма. Это руководство как характерная черта пролетарской власти коренным образом отличает ее от буржуазного государства, знающего только отношения господства и подчинения. [2]
Есть ли, однако, основание говорить о неравноправии в отношениях капиталиста и рабочего. [3]
Хищническое отношение капиталистов к рабочей силе признается иногда даже бурж. Однако при пашей экономической системе агенты труда ( рабочие. [4]
Не видеть эксплуатации за добрыми отношениями к эксплуатируемым - простительно для г-жи К. Меп-schenfreunde на Западе, которые восхищаются добрыми отношениями капиталиста к рабочему. Ленин, Что такое друзья народа. [5]
Это отделение рабочего от объективных условий труда является предпосылкой отношения капитала и наемного труда, точно так же как оно служит предпосылкой для превращения денег ( или представляющего деньги товара) в капитал. Милль предполагает это разделение, ото разобщение, он предполагает отношение капиталиста и наемного рабочего, чтобы затем представить делом удобства то, что рабочий продает не продукт, не товар, а свою долю в продукте ( производство которого им ни в какой мере не определяется и происходит независимо от него), до того как рабочий его произвел, [794] - или, точнее, что доля рабочего в продукте выплачивается капиталистом, превращается в деньги, до того как капиталист продал, сбыл с рук тот продукт, в котором имеет долю рабочий. [6]
Что касается капитала, то, поскольку он рассматривается в процессе производства, о нем всегда в большей или меньшей степени сохраняется представление, что это есть орудие для ловли чужого труда. Считается ли это справедливым или несправедливым, обоснованным или необоснованным, - здесь всегда предполагается и подразумевается отношение капиталиста к рабочему. [7]
Неправы товарищи, утверждающие, что понятие диктатуры пролетариата исчерпывается понятием насилия. Диктатура пролетариата есть не только насилие, но и руководство трудящимися массами непролетарских классов, но и строительство социалистического хозяйства, высшего по типу, чем хозяйство капиталистическое, с большей производительностью труда, чем хозяйство капиталистическое. Диктатура пролетариата есть: 1) неограниченное законом насилие в отношении капиталистов и помещиков, 2) руководство пролетариата в отношении крестьянства, 3) строительство социализма в отношении всего общества. [8]
А ведь именно так обстоит дело с процентом и с рентой. Они принадлежат к авансам промышленного капиталиста и фермера. Процент и рента суть прибавочный труд в отношении рабочего, но они - эквиваленты в отношении капиталиста и собственника земли, которым они должны быть уплачены. Поэтому они выступают не как прибавочная стоимость и тем более не как прибавочный труд, а как цены товара капитал и товара земля, ибо они уплачиваются капиталисту и собственнику земли только как товаровладельцам, только как владельцам и продавцам этих товаров. Поэтому та часть стоимости товара, которая сводится к проценту, выступает как воспроизводство цены, уплаченной за капитал, а та часть, которая сводится к ренте, - как воспроизводство цены, уплаченной за землю. Эти цены образуют, следовательно, конституирующие части совокупной цены товара. [9]
Она частично уже по своей натуральной форме должна быть потреблена производительно. Таким образом, ясно, что ежегодно присоединяемый труд создает как капитал, так и доход; что и обнаруживается в процессе накопления. Но часть рабочей силы, затраченная на производство нового капитала ( следовательно, по аналогии, та часть рабочего дня, которую дикарь употребляет не на то, чтобы присваивать продукты питания, а на то, чтобы изготовлять орудие, посредством которого он присваивает продукты питания), становится невидимой потому, что весь продукт прибавочного труда выступает прежде всего в форме прибыли - определение, которое в действительности не имеет ничего общего с самим этим прибавочным продуктом, а касается только частного отношения капиталиста к инкассированной им прибавочной стоимости. В действительности прибавочная стоимость, создаваемая рабочим, распадается на доход и капитал, то есть на предметы потребления и добавочные средства производства. Но прежний, оставшийся от прошлого года, постоянный капитал ( кроме той части, которая повреждена и, следовательно, pro tanto уничтожена, стало быть, поскольку прежний капитал не должен быть воспроизведен - а такие нарушения процесса воспроизводства подпадают под страхование), рассматриваемый со стороны его стоимости, не воспроизводится посредством вновь присоединенного труда. [10]
Она частично уже по своей натуральной форме должна быть потреблена производительно. Таким образом, ясно, что ежегодно присоединяемый труд создает как капитал, так и доход; что и обнаруживается в процессе накопления. Но часть рабочей силы, затраченная на производство нового капитала ( следовательно, по аналогии, та часть рабочего дня, которую дикарь употребляет не на то, чтобы присваивать продукты питания, а на то, чтобы изготовлять орудие, посредством которого он присваивает продукты питания), становится невидимой потому, что весь продукт прибавочного труда выступает прежде всего в форме прибыли, - определение, которое в действительности не имеет ничего общего с самим этим прибавочным продуктом, а касается только частного отношения капиталиста к инкассированной им прибавочной стоимости. В действительности прибавочная стоимость, создаваемая рабочим, распадается на доход и капитал, то есть на предметы потребления и добавочные средства производства. Но прежний, оставшийся от прошлого года, постоянный капитал ( кроме той части, которая повреждена и, следовательно, pro tanto уничтожена, стало быть, поскольку прежний капитал не должен быть воспроизведен, - а такие нарушения процесса воспроизводства подпадают под страхование), рассматриваемый со стороны его стоимости, не воспроизводится посредством вновь присоединенного труда. [11]
Поэтому такая стоимость существует в форме незанятого, добавочного богатства, короче, с точки зрения отдельного капиталиста, в форме его дохода. Но эту вновь созданную стоимость одинаково можно потребить как производительно, так и индивидуально, одинаково и как капитал и как доход. Она частично уже по своей натуральной форме должна быть потреблена производительно. Таким образом, ясно, что ежегодно присоединяемый труд создает как капитал, так и доход; что и обнаруживается в процессе накопления. Но часть рабочей силы, затраченная на производство нового капитала ( следовательно, по аналогии, та часть рабочего дня, которую дикарь употребляет не на то, чтобы присваивать продукты питания, а на то, чтобы изготовлять орудие, посредством которого он присваивает продукты питания), становится невидимой потому, что весь продукт прибавочного труда выступает прежде всего в форме прибыли - определение, которое в действительности не имеет ничего общего с самим этим прибавочным продуктом, а касается только частного отношения капиталиста к инкассированной им прибавочной стоимости. В действительности прибавочная стоимость, создаваемая рабочим, распадается на доход и капитал, то есть на предметы потребления и добавочные средства производства. Но прежний, оставшийся от прошлого года, постоянный капитал ( кроме той части, которая повреждена и, следовательно, pro tanto уничтожена, стало быть, поскольку прежний капитал не должен быть воспроизведен - а такие нарушения процесса воспроизводства подпадают под страхование), рассматриваемый со стороны его стоимости, не воспроизводится посредством вновь присоединенного труда. [12]
Поэтому такая стоимость существует в форме свободного, добавочного богатства, короче, с точки зрения отдельного капиталиста, в форме его дохода. Но эту вновь созданную стоимость одинаково можно потребить как производительно, так и индивидуально, одинаково и как капитал и как доход. Она частично уже по своей натуральной форме должна быть потреблена производительно. Таким образом, ясно, что ежегодно присоединяемый труд создает как капитал, так и доход; что и обнаруживается в процессе накопления. Но часть рабочей силы, употребляемая на то, чтобы вновь произвести капитал ( следовательно, по аналогии, та часть рабочего дня, которую дикарь употребляет не на то, чтобы присваивать пищу, а на то, чтобы изготовлять орудие, посредством которого он присваивает пищу), потому становится нераспознаваемой, что весь продукт прибавочного труда прежде всего выступает в форме прибыли, - определение, которое в действительности не имеет ничего общего с самим этим прибавочным продуктом, а касается только частного отношения капиталиста к инкассированной им прибавочной стоимости. [13]
Поэтому такая стоимость существует в форме свободного, добавочного богатства, короче, с точки зрения отдельного капиталиста, в форме его дохода. Но эту вновь созданную стоимость одинаково можно потребить как производительно, так и индивидуально, одинаково и как капитал п как доход. Она частично уже по своей натуральной форме должна быть потреблена производительно. Таким образом, ясно, что ежегодно присоединяемый труд создает как капитал, так п доход; что и обнаруживается в процессе накопления. Но часть рабочей силы, употребляемая на то, чтобы вновь произвести капитал ( следовательно, по аналогии, та часть рабочего дня, которую дикарь употребляет не на то, чтобы присваивать пищу, а на то, чтобы изготовлять орудие, посредством которого он присваивает пищу), потому становится нераспознаваемой, что весь продукт прибавочного труда прежде всего выступает в форме прибыли, - определение, которое в действительности не имеет ничего общего с самим этим прибавочным продуктом, а касается только частного отношения капиталиста к инкассированной им прибавочной стоимости. [14]