Cтраница 1
Большинство Думы все сделало и делает, чтобы определить свою позицию в этом неизбежном выборе. Это кадетское, а частью даже хуже, чем кадетское, большинство каждым шагом своей политики готовит разрыв с борющимся народом, готовит примирение с старой властью. Эти шаги мелки, возразят нам. [1]
Как видите, большинство Думы должно было составиться из соглашателей, а не революционеров. Это было само собой ясно еще в первой половине апреля. [2]
В России может и должна идти речь о соглашении большинства Думы с правительством. Потому что реальная власть принадлежит у нас и по закону и по действительному положению вещей вовсе не Думе, а старому самодержавному правительству. Дума но есть, подобно Палате, орган государственной власти, а лишь орган ходатайств, просьб, заявления требований части народа перед старой властью. Думское большинство поэтому может вступать в соглашение с правительством, - для Франции это абсурд. Парламентские отношения не соответствуют совершенно ни реальным отношениям сил внутри страны, ни отношению государственной власти к народу. [3]
Будем надеяться, что меньшевики просто увлеклись здесь: всех усилий большинства теперешней Думы в указанном направлении они поддерживать не будут. Но характерно, конечно, что могли принять такую формулировку выдающиеся вожди меньшевизма. [4]
Голосование наше могло быть лишь демонстрацией, так как не было надежды, что большинство Думы выскажется именно за этого кандидата в председатели. [5]
Остальные, включенные в адрес Государственной думы, предположения законодательного свойства сводятся к установлению ответственности перед народным представительством министров, пользующихся доверием большинства Думы, упразднению Государственного совета и устранению установленных особыми узаконениями пределов законодательной деятельности Государственной думы. [6]
Несколько депутатов черносотенной Думы, начиная от умеренно-правых и кончая кадетами32, с председателем Думы во главе, гостят в Англии, Они гордятся тем, что представляют большинство Думы, ее истинный центр - без крайних правых и крайних левых. Они корчат из себя представителей конституционной России, они восхваляют обновленный строй и обожаемого монарха, даровавшего народу Думу. Они топорщатся и надуваются, как крыловская лягушка, изображая себя победителями черносотенной реакции, которая-де хочет отмены конституции в России. Милюков провозгласил в своей речи за завтраком у лорд-мэра: пока в России существует законодательная палата, контролирующая бюджет, русская оппозиция останется оппозицией Его Величества, а не Его Величеству ( телеграмма СПБ. [7]
Наша задача, следовательно, по отношению к избирателю заключается в том, чтобы поставить перед ним в самой категорической форме вопрос: желает ли он, чтобы большинство будущей Думы осталось прежнее, с его гибкой тактикой, которая не в состоянии добиться чего бы то ни было; желает ли он, чтобы будущая Дума лишь повторяла то, что говорила первая, или же она не должна ограничиваться пустым разговором и должна приняться за более действительные средства борьбы. Должна ли новая Дума привести к тому политическому положению момента июня и июля, который ни к каким результатам не привел, или же она должна сделать шаг вперед на пути действительной победы народа. [8]
Кадеты и правые - большинство Думы. [9]
Наконец, слова о поддержке Думы в ее борьбе со старым режимом, по существу, плодят прямо неверные мысли. Поддерживать Думу, значит поддерживать большинство Думы. [10]
Она считает себя не вправе скрыть от большинства IV Думы то, что думают и чувствуют все сознательные рабочие России. Сознательные рабочие остаются непреклонно верными социализму. [11]
В 1906 г. в Государственную думу был внесен законопроект О введении всеобщего начального обучения в Российской империи, однако под давлением правого большинства Думы проект не получил силы закона. [12]
Полагали, - пишет Речь, - что кучка политических скандалистов не в состоянии будет заглушить голос приличия и такта в большинстве Думы. Вопрос ставится не так, что демократия отрезывается от контрреволюции, а так, что либерализм объединяется с контрреволюцией. Либерализм становится на почву контрреволюции, приглашая ее представителей, октябристов, участвовать в чествовании памяти Муромцева не для выражения протеста против самодержавия, а для выполнения приличия и такта. Муромцев открыл и освятил ( бывают же такие поганые слова. Как великолепно отражает этот совсем маленький пример, это одно только рассуждение кадетского официального органа всю идейную и политическую гнилость нашего либерализма. Его линия - уговаривать самодержавие, черносотенных помещиков и их союзников, октябристов, а не развивать демократическое сознание масс. Его удел поэтому - неизбежный и неотвратимый удел подобного буржуазного либерализма во всякой буржуазно-демократической революции - вечно оставаться рабом монархии и феодалов, вечно получать от них пинки сапогом. [13]
Что мы будем голосовать против бюджета, об этом мне не нужно говорить. Подать свои 60 - 70 голосов против бюджета, зная заранее, что он будет принят большинством Думы, значит при данных условиях ограничиваться более или менее беспредметной демонстрацией. Социал-демократия не может и не должна сводить к этому свою роль. Мы должны сделать все, от нас зависящее, чтобы принятие бюджета оказалось для Думы невозможным. Путь к этому совершенно ясен: пользуясь думской трибуной и всеми средствами внедумской агитации, организовать широкое движение вокруг лозунга: ни гроша правительству. Костров, что это делается на Кавказе, где собираются подписи под соответственным заявлением, обращенным к Думе. Но нужно, чтобы вся партия во всех частях страны организовала планомерную кампанию вокруг того же вопроса. Как велик будет наш непосредственный успех, предсказать трудно. Но мы должны сделать все, чтобы оторвать по крайней мере трудовиков от той позорной политики центра, которая состоит в сдаче врагу одной позиции за другой. [14]
Работой депутатов-большевиков повседневно руководил Ленин, который учил их революционному использованию думской трибуны. Большевистские депутаты, отстаивая в Думе точку зрения партии, смело заявляли о требованиях рабочего класса. Разоблачая антинародную политику царизма, депутаты-большевики широко применяли такую форму пропаганды, как внесение п Думу запросов к правительству по злободневным вопросам жизни. В IV Думу были внесены запросы: по поводу ленских событий, о преследовании профессиональных союзов рабочих, о запрещении собраний и выборов в страховые органы, по поводу взрыва на Охтинском заводе, истязаний политических заключенных в каторжных тюрьмах, по поводу репрессий против стачечников, о локаутах на текстильных фабриках и др. Однако деятельность рабочих парламентариев наталкивалась на упорное сопротивление большинства Думы. [15]