Cтраница 1
Серьезное препятствие организации правовой борьбы с информационной агрессией и современным хакерством представляет несогласованность правовых норм, принятых в разных странах, хотя компьютерные преступления часто переходит национальные границы. Внутринациональный компьютерный разбой не имеет таких проблем и с юридической точки зрения ничем не отличается от обычной преступности. Но если компьютерное преступление совершено за рубежом или подозреваемые действовали из другой страны, то традиционные концепции суверенитета строго ограничивают применение национального уголовного права и юрисдикции. [1]
Рабочий вопрос в России, как он стоит в действительности, впервые поставлен Рабочей Мыслью - в рассуждении о правовой борьбе и проч. [2]
Народ, часто воюющий, непрерывно дрессируется в этом направлении. Эта дрессировка, конечно, не проходит бесследно ни для народа, ни для власти. Соответствующие рабские формы поведения чем далее, тем более прочнее укрепляются в первом, и прямо или косвенно отражаются на всей его общественной жизни и на всей его общественной организации. Деспотизм военной власти переходит и на ее гражданские функции. При частых и длительных войнах мало-помалу ко всему народу прививаются эти черты и содействуют при-ближеию его организации к типу военно-социалистического общества. К тому же приводит и деспотизация самой власти, диктуемая войной. То же приходится сказать и о других поступках, прививаемых правовой борьбой. Вместо уважения к личности, она проповедует и требует убийства, вместо уважения чужих прав - полного нарушения их, вместо любви - прививает злобу, вместо мирного труда - требует разрушения. Все это не проходит даром ни для народа, ни для власти, ибо всякий наш поступок рикошетом отражается на нас самих и исподволь переделывает нас. Это особенно относится к актам, прививаемым войной. Народ она приучает к рабству, власть - к диктатуре и абсолютизму. Отсюда понятно, почему она ведет к возникновению и расцвету произвола, к обесценению ее прав, ее достояния и свободы, т.е. к чертам, характеризующим тип военно-социалистического общества. [3]