Cтраница 3
Видимо, сыграло роль значительное смягчение ограничений по так называемому пятому пункту и другим анкетным данным. Во всяком случае, была очень сильной теоргруппа, сформированная на третьем курсе - это отмечали все преподаватели, а среди них были такие выдающиеся ученые и блестящие лекторы, как А.С. Ком-панеец, И.Я. Померанчук, Ю.М. Каган, уже упомянутые Будкер и Галицкий. Мигдал читал курс приближенных методов в квантовой механике. Этот курс сильно отличался от того, что мы слышали от других лекторов. [31]
Когда мы вышли на Воробьевское шоссе и, прогуливаясь, пошли к Калужской заставе, АБ рассказал, что обсуждался вопрос о директоре Института физики вновь созданного Новосибирского отделения Академии наук. АБ спросил: уж не потому ли Леонтович возражает против Будкера, что тот еврей. [32]
Работал он обычно дома, а свой сектор рассматривал как своеобразный дискуссионный клуб, появляясь там пару раз в неделю в основном для рассказа о своих последних результатах или новых идеях. В работе теоретика всегда есть периоды поиска подходов к задаче и путей ее решения. Эти этапы проб и ошибок АБ проходил сам и редко выносил на обсуждение. Главное не подлежало обсуждению. Для него было важно иметь активного заинтересованного собеседника, но только для оттачивания своей логики и аргументации. Роль эта бывала не простой и не очень приятной. Скажем, Будкера невозможно было даже представить в роли такого собеседника. Он сразу предлагал что-то оригинальное: Кадя, а почему бы Вам... [33]