Cтраница 2
Расширение рынков сбыта российской продукции предполагает пересмотр приоритетов во внешней политике России. [16]
ЮКОС и другие российские нефтяные компании вели себя совершенно независимо от внешней политики России. Все просьбы ОПЕК к правительству Путина оказать на них воздействие остались невыполненными. Последнее сокращение добычи, объявленное ОПЕК, по сути дела означало отступление. [17]
Для исправления кризисного положения в сфере безопасности, как и во всей внешней политике России в целом, самым настоятельным требованием момента являются реализм, целеустремленность и предсказуемость. [18]
Развитие отношений с крупнейшим соседом - Китаем остается одним из главных стратегических направлений внешней политики России. Отношения с КНР во многом определяют состояние стратегической стабильности и безопасности России, плодотворность подходов к решению важных глобальных проблем, перспективы подключения России к Тихоокеанской цивилизации и ситуацию в таких жизненно важных российских регионах, как Сибирь и Дальний Восток. [19]
С назначением в 1906 году на пост министра иностранных дел А.П. Извольского приоритетными для внешней политики России становятся отношения с европейскими странами. Извольский провозглашал концепцию равновесия, при этом с трудом удерживая в тайне личные симпатии к Франции и Англии. Проводить прежний курс равноудаленности от Лондона и Берлина становилось все сложнее: Россия не могла сохранить полный нейтралитет в условиях перегруппировки сил вокруг главных соперников - Англии и Германии. [20]
Отношения со странами Латинской Америки и Карибского бассейна составляют самостоятельный и весьма перспективный вектор внешней политики России. Связи с государствами региона являются неотъемлемым компонентом стратегической линии России на диверсификацию ее международной деятельности. В экономическом отношении Латинская Америка - один из наиболее динамично развивающихся регионов, чей рынок обладает большим потенциалом для российской промышленности. Этот континент является уникальным полигоном рыночных преобразований. Для России также представляет интерес опыт Латинской Америки в создании эффективных интеграционных механизмов взаимодействия и региональных объединений. [21]
Таким образом, даже столь краткое рассмотрение вопросов, связанных с национальными интересами и внешней политикой России в бывшем СССР, убеждает в необходимости понятной ( как для внутреннего использования, так и для внешнего мира) концепции государственной линии в ближнем зарубежье вообще, и в зонах конфликтов - в частности. XIV, 29.09.93) с тревогой отмечают отсутствие у российского руководства такой линии и даже единства в подходах к ее содержанию. К данной проблеме добавляется еще одна: российская политика и внутри страны, и в рамках бывшего СССР нуждается если не в поддержке, то хотя бы в адекватном понимании лежащих в ее основе интересов со стороны Других участников международных отношений, и прежде всего - развитых стран. [22]
Отсутствие преемственности и последовательности в политике Павла I ( по сравнению с периодом царствования Екатерины II) отрицательно сказалось на внешней политике России. К примеру, если Екатерина в августе 1796 г. снарядила корпус в помощь Австрии для борьбы с Францией, то Павел I после смерти Екатерины отказался от отправки корпуса, заявив своим союзникам, что Россия истощена предшествующими войнами. Таких примеров в практике внешней политики России того периода немало. [23]
Владимир Петрович Лукин не только занимает пост председателя комитета по международным делам, но и считается одним из самых влиятельных идеологов альтернативной МИДовской концепции внешней политики России, базирующейся на национальных интересах и геополитических реалиях современной России. [24]
Что касается российской энергетической дипломатии, то продолжались усилия по укреплению сотрудничества со странами региона, многие из которых входят в Содружество независимых государств, являющееся важнейшим приоритетом внешней политики России. [25]
Сохранившиеся статейные списки русских посольств, расспросы служилых людей, побывавших в этих странах, а также расспросы сибирскими воеводами приезжавших восточных послов ( хранящиеся в Центральном государственном архиве древних актов в Москве) представляют интересный источник для историков внешней политики России на Дальнем Востоке в XVII - XVIII вв. Документы сибирских таможен о привозе среднеазиатскими купцами и монголами китайских товаров свидетельствуют об оживленной торговле Русского государства со странами Востока и о значительном удельном весе этой торговли в хозяйственной жизни страны. [26]
Согласно первой из них вопрос о национальных интересах носит в основном второстепенный характер и поэтому должен быть подчинен целям демократических преобразований общества. Основная задача внешней политики России формулируется как необходимость войти в цивилизованное международное сообщество. В качестве главных доминант внешней политики выдвигаются соблюдение прав человека, приверженность ценностям свободного рынка и плюралистической демократии и другие либеральные концепты. В соответствии с такой логикой распад советской империи следует расценивать как положительный факт, поскольку в постколониальном пространстве больше не существует ни геополитической ниши, ни природных или демографических ресурсов, достаточных для выживания военно-бюрократического монстра ( см. прим. [27]
Новая редакция Концепции внешней политики России, одобренная Президентом РФ В.В. Путиным 28.6.200 0, провозгласила: Высшим приоритетом внешнеполитического курса России является защита интересов личности, общества и государства. Концепцию отличает комплексный характер, реалистичность и взвешенность. [28]
В 1880 - 1890 - х гг. русское правительство вынуждено было отказаться от активных действий на Балканах. Все большее место во внешней политике России начинает занимать Дальний Восток ( в начале XX в. Это доставило Александру III популярное в консервативных кругах имя Миротворца. [29]
Андрусовского договора, в то время как господствующая линия внешней политики России этого времени была направлена не только к удержанию за Россией Киева по истечении оговоренного перемирием двухлетнего срока, но и к присоединению Правобережной Украины. [30]