Cтраница 4
Более внимательное изучение человеческой природы действительно показывает, что это положение применимо в большинстве случаев. Лишь немногие люди не используют полностью свой годовой доход. Предположим, что некто имеет состояние в 100000 дукатов, а другой - такое же количество полудукатов. Тогда, если первый получает ежегодный доход в 5000 дукатов, а второй - опять такое же количество полудукатов, то совершенно очевидно, что для первого целый дукат значит ровно то же, что для второго полудукат, и поэтому доход в целый дукат для первого не представляет большей ценности, чем доход в полудукат - для второго. Следовательно, если каждый из них обоих получает выигрыш в один дукат, то для второго выгода возрастает вдвое, поскольку он выигрывает два полудуката. Так как этот пример иллюстрирует все другие случаи, я считаю излишним приводить дальнейшие примеры. Вышеуказанное положение является тем более правильным, что большинство людей не имеет никакого другого достояния, кроме своей работоспособности, и живет только за ее счет. Конечно, есть также и такие люди, которые больше дорожат одним дукатом, чем некоторые другие, хотя и менее богатые, но щедрые, - несколькими дукатами. [46]
Она уже теперь не делает того вывода, что социализм возникает из объективного хода развития капиталистического общества. В германской социал-демократии идейную гегемонию получают совершенно иные идеологические течения, разного рода отпрыски английского эклектического псевдосоциализма, который в своих философских построениях выдвигает на первый план так называемые этические моменты. Крупнейшие теоретики социал-демократии стараются примирить Маркса со старогегельянством, с Кантом, с Бергсоном, с другими философами идеализма, даже с религией. По мере своей капитуляции перед буржуазией социал-демократия все чаще и чаще прямо и открыто нападает на мнимый фатализм научного социализма, иначе говоря на ортодоксальный марксизм, и подводит под свои теории этическую, а местами и религиозную основу. В эту эпоху мы должны особенно настойчиво подчеркивать, что мы твердо стоим на почве ортодоксального марксизма-ленинизма. Мы должны открыто заявить - и в проекте программы мы это делаем - что мы обосновываем необходимость социализма научными данными и что наша тактика соответствует этому объективному научному прогнозу. В своем прогнозе мы устанавливаем историческую необходимость перехода от капитализма к социализму и в то же время претворяем наш прогноз в практику, в живую действительность. Одновременно с этим и в теснейшей связи с вышеуказанными положениями мы открыто проповедуем нашу марксистскую теорию крушения капитализма, нашу теорию революции. [47]