Cтраница 2
Преобразование культурных норм происходит по-разному. Если некоторые из них ( например, нормы этикета, повседневного поведения) могут быть преобразованы относительно легко, то нормы, которые управляют наиболее значимыми для общества сферами человеческой деятельности ( например, государственные законы, религиозные традиции, нормы языкового общения), изменить крайне сложно и принятие их в измененном виде членами общества может протекать крайне болезненно. Подобное различие требует классификации норм и анализа процесса нормообразования. Рассмотрим основные типы норм в портдке повышения их общественной значимости. [16]
Она осуществляется через законодательную деятельность. Государственные законы в области хозяйствования, являясь отражением и закреплением экономических отношений, играют чрезвычайно важную и активную роль. Все дело, разумеется, в том, какие отношения они закрепляют: если устаревшие, изжившие себя, то правовые законы становятся фактором торможения, если же нарождающиеся, новые - законы выступают как прогрессивная сила. [17]
Выборные представители их или прямо становятся чиновниками и принимают участие в управлении государством ( напр. Но этим прямым участием в управлении государством они не ограничиваются. В своих обществах они обсуждают государственные законы, вырабатывают проекты, и правительство по каждому поводу спрашивает обыкновенно их мнение, оно предлагает им какой-нибудь проект и просит сделать на него замечания. [18]
Так и поступают рабочие всех других стран, но русские рабочие не могут прямо влиять на государство. Рабочие поставлены в России в такие условия, при которых они лишены самых простых гражданских прав. Они не смеют ни собираться, ни обсуждать своих дел совместно, ни устраивать союзов, ни печатать свои заявления, другими словами - государственные законы не только составлены в интересах класса капиталистов, но они прямо лишают рабочих всякой возможности влиять на эти законы и добиться их изменения. Происходит это оттого, что в России ( и только в одной России из всех европейских государств) сохраняется до сих пор неограниченная власть самодержавного правительства, то есть такое государственное устройство, при котором издавать законы, обязательные для всего народа, может один только царь по своему усмотрению, а исполнять эти законы могут одни только чиновники, назначаемые им. Граждане лишены всякого участия в издании законов, обсуждении их, предложении новых, требовании отмены старых. Они лишены всякого права требовать отчета от чиновников, проверять их действия, обвинять пред судом. Граждане лишены даже права обсуждать государственные дела: они не смеют устраивать собрания или союзы без разрешения тех же чиновников. Чиновники являются, таким образом, в полном смысле слова безответственными; они составляют как бы особую касту, поставленную над гражданами. Безответственность и произвол чиновников и полная безгласность самого населения порождают такие вопиющие злоупотребления власти чиновников и такое нарушение прав простого народа, какое едва ли возможно в любой европейской стране. [19]
В начале XVIII века, в связи с развитием науки и просвещения, в России по инициативе Петра I проводятся важные мероприятия в области организации библиотечного обслуживания населения. Прокопови-чем, говорится о необходимости организации библиотек при школах, так как без библиотеки, как без души, академия; предусматривается в установленные часы открывать библиотеку не только для учеников, но и прочим охотникам - Проявляя большую заботу о сохранении древних рукописей и других памятников русской письменности, Петр I издал специальные государственные законы, по которым они должны были собираться в монастырских книгохранилищах, переписываться и передаваться в государственные библиотеки. В 1714 году в Петербурге по приказу Петра I открывается кунсткамера ( музей) и библиотека, преобразованная затем в библиотеку Академии наук. Доступ в эту библиотеку был открыт для всех желающих, независимо от сословной принадлежности. [20]
Это значит, что они не зависят от воли и сознания людей. Более того, они сами в значительной мере опреде -: ляют сознание, волю, поступки, действия членов обще -: ства. Нельзя смешивать законы общественного развития с теми законами, которые в каждой стране издаются государственной властью. Государственные законы - это законы, устанавливаемые органами власти. Когда же речь идет о законах общественного развития, имеется в виду нечто другое. Эти законы обусловлены всем строем общественных отношений, и прежде всего экономическим строем общества. Так, если в данной стране существуют капиталистические порядки, то совершенно независимо от ее государственного устройства - будь то монархия или республика - в такой стране действуют экономические законы капитализма. Именно эти законы определяют развитие промышленности и сельского хозяйства, взаимоотношения между классами, характер классовой борьбы. [21]
Трудно сказать, насколько увеличит государство свой бюджет за счет сбора налогов, но это безусловно приведет к увеличению числа предприятий, которые будут всячески скрывать свои доходы, что еще более снизит поступление налогов в бюджет. Руководству российской фирмы приходится искать пути решения этой проблемы. Материальное положение работников фирмы играет немаловажную роль в выживании и успешной деятельности предприятия. Получается, что государственные законы, указы, положения и инструкции вынуждают предприятия их нарушать и укрываться от налогов. Вероятно, резко увеличится количество обанкротившихся предприятий или попавших в кризисное положение. Но лучшие выживут и будут развиваться. [22]
Хотя по закону правительство является неограниченной и независимой властью, но на деле капиталисты и землевладельцы имеют тысячи способов влиять на правительство и на государственные дела. Выборные представители их или прямо становятся чиновниками и принимают участие в управлении государством ( напр. Но этим прямым участием в управлении государством они не ограничиваются. В своих обществах они обсуждают государственные законы, вырабатывают проекты, и правительство по каждому поводу спрашивает обыкновенно их мнение, оно предлагает им какой-нибудь проект и просит сделать на него замечания. [23]
Хотя по закону правительство является неограниченной и независимой властью, но на деле капиталисты и землевладельцы имеют тысячи способов влиять на правительство1 и на государственные дела. Выборные представители их или прямо становятся чиновниками и принимают участие в управлении государством ( напр. Но этим прямым участием в управлении государством они не ограничиваются. В своих обществах они обсуждают государственные законы, вырабатывают проекты, и правительство по каждому поводу спрашивает обыкновенно их мнение, оно предлагает им какой-нибудь проект и просит сделать на него замечания. [24]
Однако при существующей сейчас международной системе сохраняется еще опасность их применения террористами и государствами, поддерживающими террор. И все же общая тенденция к разоружению государств со временем, будем надеяться, наберет силу и станет господствующей в онтогенезе глобальной экономики, сужая сферу государственного уклада и милитаризации экономики. Она должна быть ограничена лишь производством средств защиты против нарушающих государственные законы преступников, против терроризма и производством средств защиты от разрушительных катаклизмо самой природы. [25]
Пре / кде всего, чтобы осуществить христианское государство, он должен пропитать христианскими идеями рационалистическое, бюрократическое государство, ставшее почти языческим, поднять культ, всячески поощрять его соблюдение. Сюда относятся мероприятия, предпринятые с целью усилить посешенпе церкви всеми вообще и чиновниками в особенности, более строгое соблюдение воскресного дня, проектируемый более суровый закон о разводе, начатая уже отчасти чистка богословских факультетов, предпочтение, оказываемое на экзаменах по богословию сильной вере при слабых познаниях, замещение многих официальных должностей преимущественно верующими людьми п много других общеизвестных мер. Они могут служить доказательством того, как сильно Фридрих-Вильгельм IV стремится вновь внедрить христианство непосредственно в государство, установить государственные законы по заповедям библейской морали. Но это только первые, самые непосредственные мероприятия. На этом система христианского государства не может остановиться. Следующий шаг - это отделение церкви от государства, шаг, выходящий за пределы протестантского государства. В последнем король есть summus episcopus и соединяет г, своем лице высшую церковную п государственную власть; конечной целью этой государственной формы является слияние государства п церкви, как оно выражено у Гегеля. Однако епископат государя - тат; же, как и весь протестантизм, - является уступкой светскому началу. Поскольку епископат государя признает необходимость видимого главы церкви, постольку он представляет собой подтверждение и оправдание папского примата; но, с другой стороны, он объявляет земную, светскую власть, государственную власть безусловно высшей и подчиняет ей власть церковную. [26]
Но ведь если рабочие, соединяясь вместе, оказываются в силах вынуждать уступки капиталистов, давать им отпор, то рабочие могли бы точно так же своим объединением влиять на государственные законы, добиваться их изменения. Так и поступают рабочие всех других стран, но русские рабочие не могут прямо влиять на государство. Рабочие поставлены в России в такие условия, при которых они лишены самых простых гражданских прав. Они не смеют ни собираться, ни обсуждать своих дел совместно, ни устраивать союзов, ни печатать свои заявления, другими словами - государственные законы не только составлены в интересах класса капиталистов, но они прямо лишают рабочих всякой возможности влиять на эти законы и добиться их изменения. Происходит это оттого, что в России ( и только в одной России из всех европейских государств) сохраняется до сих пор неограниченная власть самодержавного правительства, то есть такое государственное устройство, при котором издавать законы, обязательные для всего народа, может один только царь по своему усмотрению, а исполнять эти законы могут одни только чиновники, назначаемые им. Граждане лишены всякого участия в издании законов, обсуждении их, предложении новых, требовании отмены старых. Они лишены всякого права требовать отчета от чиновников, проверять их действия, обвинять пред судом. Граждане лишены даже права обсуждать государственные дела: они не смеют устраивать собрания или союзы без разрешения тех же чиновников. Чиновники являются, таким образом, в полном смысле слона безответственными; они составляют как бы особую касту, поставленную над гражданами. [27]
Но ведь, если рабочие, соединяясь вместе, оказываются в силах вынуждать уступки капиталистов, давать им отпор, то рабочие могли бы точно так же своим объединением влиять на государственные законы, добиваться их изменения. Так и поступают рабочие всех других стран, но русские рабочие не могут прямо влиять на государство. Рабочие поставлены в России в такие условия, при которых они лишены самых простых гражданских прав. Они не смеют ни собираться, ни обсуждать своих дел совместно, ни устраивать союзов, ни печатать свои заявления, другими словами - государственные законы не только составлены в интересах класса капиталистов, но они прямо лишают рабочих всякой возможности влиять на эти законы и добиться их изменения. [28]