Поляк

Cтраница 1

Поляки видели свою малочисленность в Украине; им важно было удержать Хмельницкого в бездействии, пока прибудут к ним подкрепления, пока выбран будет король. Назначенный главным воеводою в Украину Владислав Доминик, князь Острожский, послал сказать Кривоносу, чтоб не пускал орды и не шел дальше опустошать шляхетских имений, послал с тем же и к самому Хмельницкому. Кривонос отвечал: Вашей милости известно, как это началось и как утихло было; не хотели мы больше пустошить земли Польской, но уж очень заедает нас князь Иеремия: людей стал мучить, головы отсекать, на кол сажать, в каждом городе среди рынка виселица, и теперь оказывается, что на колу были невинные люди; попам нашим буравом просверливал глаза. Мы, защищая нашу веру и жизнь, должны были стать за свою обиду. Кто хочет воевать с нами, против того мы готовы; а кто спокоен, тот и будет оставлен в покое. Прошло уже семь недель или больше, как мы отправили послов своих к королю и республике, но об них до сих пор нет никакого достоверного известия: верно они спят, так что до сих пор не могут проснуться. Все будет мирно, если ваша милость теперь же доставите послов наших; но если послы не явятся, то я буду воевать вместе с ордою; пан гетман, который на днях ожидает орды, двинется со всем войском и заступит дорогу, где будете утекать. А жидов ваша княжеская милость благоволите препроводить до самой Вислы, потому что они прежде всех виноваты, они и вас с ума свели. Хмельницкий отвечал то же самое, что движения Иеремии вызвали и его из бездействия; также просил о возвращении послов козацких, отправленных в Варшаву, после чего, сообразуясь с письмами сенаторов, он возвратится с войском и удержит орду. [1]

Поляки поняли наконец, что мир или война не зависят от Хмельницкого; в апреле писали из Волыни: Чернь до того рассвирепела, что решилась или истребить шляхту, или сама гибнуть. Все поднялось в козаки: У Хмельницкого, - говорит очевидец, - было бесчисленное войско, потому что в ином полку было козачества больше двадцати тысяч, что село, то сотник, а в иной сотне человек с тысячу народа. Все, что было живо, поднялось в козачество; едва можно было найти в селах семью, из которой кто-нибудь не пошел бы на войну: если отец не мог идти, то посылал сына или паробка, а в иных семьях все взрослые мужчины пошли, оставивши только одного дома; все это делалось потому, что прошлого года очень обогатились грабежом имений шляхетских и жидовских. Даже в городах, где было право магдебургское, бурмисты и райцы присяжные покинули свои уряды, побрили бороды и пошли к войску. Кроме этого многочисленного своенародного ополчения, Хмельницкий ждал еще хана крымского с ордою, ждал турок, ждал донцов, отправил в Москву Чигиринского полковника Вешняка, который в мае подал царю грамоту: Нас, слуг своих - писал Богдан, - до милости царского своего величества прими и благослови рати своей наступить на врагов наших, а мы в божий час отсюда на них пойдем. Вашему царскому величеству низко бьем челом: от милости своей не отдаляй нас, а мы бога о том молим, чтоб ваше царское величество, как правдивый и православный государь, над нами царем и самодержцем был. Царь отвечал, что вечного до-кончания с поляками нарушить нельзя, а если королевское величество тебя, гетмана, и все Войско Запорожское освободит, то мы тебя и все войско пожалуем, под нашу высокую руку принять велим. Долго было дожидаться этого освобождения; королевское величество собирал войско, но в войске этом между воеводами несогласие, между ратными людьми неусердие к делу; против русских, которые бились за веру, за свободу, одушевлялись ненавистью к притеснителям и воспоминанием о недавнем громадном успехе, о добыче богатой, против этих русских поляки выставили иноземцев наемных, правда, искусных и храбрых, надежных в бою против толпы неокуренной порохом, но покидающих знамена, как только задерживалось жалованье; войско своезем-ное подражало в этом отношении иноземцам: Денег, денег, как можно скорее денег. Писали из польского лагеря: Оставляют хоругви не только рекруты, но и товарищество, так что в иных отрядах находится налицо не более половины люден и даже менее. [2]

Поляки воздерживаются от участия в дискуссии. Только Покшивницкий высказывается за создание комиссии. Известно, что именно поляки уже давно настаивали на расследовании, в то время как сейчас выясняется, что все польские немцы, за исключением одного, протестуют против этого. [3]

Поляки стоят перед выбором: если они хотят разыграть настоящую трагедию, тогда они должны покорно позволить растоптать себя железной пятой и катящимся колесом история, сказав Николаю: Государь, да будет воля твоя. Или, если они желают бунтовать и, в свою очередь, делать попытки, не удастся ли им наступить железной пятой истории на шею своим угнетателям, тогда они никакой настоящей трагедии не разыгрывают, и г-н Вильгельм Иордан из Берлина уже не может больше интересоваться ими. Так говорит эстетически воспитанная профессором Розенкранцем всемирно-историческая точка зрения. [4]

Поляки, в возмездие за галищшскпе убийства, снова стали во главе освободителей Вены, подобно тому как они стоят во главе итальянского народа, подобно тому как повсюду они являются благородными генералами революции. [5]

Поляк проработал в Монреале недолго - всего полгода. [6]

Поляки, выдвинутая в 1935 г. и находящаяся на том же уровне развития химической кинетики. [7]

Отражение рентгеновских лучей от плоскостей кристалла [ IMAGE ] Решетка алмаза. [8]

Поляки монокристалл вращается, делая полный оборот во время съемки, так что рентгеновские лучи отражаются разными плоскостями кристалла. [9]

Поляки 160 - 162 теплота дифференциальная 54 ел. [10]

Поляк, Б алан дер, Сперанский, Виноградова, Шафранов, сб. Вопросы гигиены, Западно-Сибирское книжное нзд-во, Новосибирск, 1965, стр. [11]

Поляк, Баланде р, Сперанский и др., сб. Вопросы гигиены, Западно-Сибирское книжное изд-во, Новосибирск, 1965, стр. [12]

Поляки промывают в желобе длиной 10 футов, шириной 3 фута и глубиной 1 фут и 1 ладонь свинцово-рудный пласт, смешанный с желтоватой землей, покрытой сырой и песчанистой глиной. Сначала откапывается этот покров, а затем и сама руда. Ее отвозят к ручью или реке и бросают в желоб, в который через небольшой желобок напускается вода. Промывальщик, стоя у нижнего ящика желоба, шевелит руду заостренным гребком, деревянная рукоять которого имеет до 10 футов в длину. Вследствие этого вода сносит землю в ручей или в реку, а свинцовый блеск остается в желобе. Промывальщик очищает его, промывая еще раз-другой этим же способом. Затем он сушит его на солнце, кладет на медное сито и отделяет таким образом просеиваемое сквозь него мелкое зерно от более крупных частиц. Одно откладывают для плавки на рост, другое - в плавильной печи. [13]

Поляки употребляют глиняный горн высотой 4 фута, обложенный кирпичом. Горн имеет две наклонных стенки. На верхней его площадке кладут большие поленья, а на них - мелкие дрова. Промежутки между дровами закладывают глиной. Сверху кладут древесные стружки, а на них - чистую свинцовую руду, которую покрывают большими поленьями. Когда дрова подож-гут, руда плавится и стекает в нижний слой дров. После того как огонь пожрет и этот слой, собирают оставшуюся массу, содержащую металл. [14]

Поляки сразу уходят, объявив всю затею ликвидаторской. Затем отказываются войти примиренцы и Плеханов, объявивший в № 16 Дневника Социал-Демократа, что эта конференция созывается ликвидаторами. [15]

Страницы: 1 2 3 4