Cтраница 1
Правитель, вооруженный большой властью, если ему дадут достаточно времени, может замыслить свою независимость. Чем дольше он остается на месте, тем больше он может утвердиться, составляя себе партию или присоединяясь к одной из партий, уже существовавших до него. [1]
Правитель одного из южных городов Китая в засушливое лето 1835 г. несколько раз посетил Храм бога дождя. В один из таких визитов, надев на себя несколько теплых халатов ( несмотря на тропическую жару), он остановился возле идола и произнес: Бог предполагает, что я лгу, когда обращаюсь к нему с мольбами о помощи. Как он может знать об этом, если находится в прохладной нише храма, в то время, когда земля высохла и небо раскалено. Правитель города приказал прислужникам накинуть веревку на шею идола и вытащить его из храма на улицу, чтобы тот смог увидеть и почувствовать, как люди мучаются от жары. После этого хлынул обильный ливень, что, конечно, приписывалось решительным действиям правителя города. [2]
Правитель сказал: какое же зло сделал Он. [3]
Правители и управляемые одинаково нуждаются, таким образом, для разрешения трудностей в третьем элементе, который был бы политическим, не будучи официальным, и, таким образом, не исходил бы из бюрократических предпосылок, - в элементе, который был бы гражданским, но в то же время не был бы непосредственно впутан в сеть частных интересов и связанных с ними нужд. Этим дополнительным элементом, с головой гражданина государства и с гражданским сердцем, п является свободная печать. В области печати правители н управляемые имеют одинаковую возможность взаимно критиковать своп принципы и требования, но не в рамках отношений субординации, а на равных правах, как грамсдане государства - уже не как индивидуальные личности, а как интеллектуальные силы, как выразители разумных воззрений. Она одна способна сделать частный интерес всеобщим интересом, одна способна сделать бедственное яо. [4]
Правитель, начальник, действующий самовластно, деспотически, не считаясь с законами. [5]
Правитель, управляющий совместно с другим правителем. [6]
Правитель совершенствует [ метод ] поощрений и наказаний и при его помощи подкрепляет свои наставления [ о необходимости ] сосредоточения [ всех усилий народа ] на Едином. [7]
Правители в коммунистических странах прекрасно понимали лживость басен про неизбежные законы общественного развития и прекрасно знали, что могут творить все что угодно и как угодно, не оглядываясь на всякие дурацкие, неизбежные законы. [8]
Правитель не ошибется, зная, что поведением людей руководят два главных мотива - страх и любовь. Страх прочнее и тверже, а любовь очень тонка. Она держится на крайне зыбкой основе - человеческой благодарности. Она легко разрушима, и злой человек готов воспользоваться любым предлогом, чтобы ради личной корысти изменить ей. Но разве правитель знает наперед, кто злой, а кто добрый. [9]
Правители, конечно, склонны считать, что чем большую часть личных доходов им удается привнести в казну, тем это лучше для общества в целом. Ведь кто, как не они, являются лучшими радетелями за общественное благо, которое не дано понять индивидам, занятым преследованием своих эгоистических интересов. Налогоплательщики, однако, в течение веков демонстрировали плохое понимание высшей способности своих правителей тратить заработанные гражданами деньги и упрямо отстаивали свое право использовать свои доходы, как они сами считают нужным. [10]
Правитель - основа государства, а почтение к нему является фундаментом должного порядка. Это почтение зиждется на распределении функций между Небом, Землей и Человеком. Небо дарует жизнь, Земля - питает ее, Человек же управляет всем посредством правил и музыки, то есть соответствующего ритуала. Правитель выступает олицетворением единства всех троих: Принося жертвы, служит Небу; лично вспахивая землю в ритуале первовспашки, служит Земле; заботясь о людях, их воспитании, просвещении, правилах, служит Человеку. Нетрудно догадаться, что подобная интерпретация роли правителя представляла собой идеологическое обоснование императорского режима. [11]
Правитель, власть к-рого основана на произволе и насилии; деспот. [12]
Хеттские правители на юго-востоке Малой Азии составляли свои надписи на хеттском и на финикийском языках; правители государства Йауди ( Самаль) писали по-финикийски, однако язык их надписей был наполнен многочисленными заимствованиями из арамейского. [13]
Западногерманские правители поручили ряду министерств и многим институтам детально изучить, какие в социалистических странах имеются возможности, которые могли бы быть использованы в интересах западногерманской агрессивной политики. При этом устанавливается целая система градации, определяющая, на какой стране надо прежде всего сконцентрировать усилия и какие страны можно пока обрабатывать с меньшим нажимом. [14]
Вашингтонские правители рассчитывают, что Западная Германия и дальше будет верно служить интересам американских империалистов в Европе, а если им потребуется, то можно будет толкнуть западных немцев первыми в огонь войны. [15]