Cтраница 2
России как писатель страстно ненавидевший произвол и страстно ждавший народного восстания против внутренних турок - против самодержавного правительства ( Соч. [16]
Хотя народовая демократия вследствие национального гнета, тяготеющего над польским народом, вынуждена пока стоять в оппозиции к самодержавному правительству, тем не менее даже в области общегосударственной политики эта партия не откажется от поддержки правительства в тех случаях, когда это будет вызываться контрреволюционной ролью ее в самой Польше. Такая роль народовой демократии во внутренней жизни Польши особенно ярко выразилась в организации черносотенных нападений на сознательных рабочих, в попытках развратить пролетарские массы путем националистической и клерикальной агитации, в антисемитской и погромной травле евреев. [17]
Советуем не забывать этого партийным организациям, особенно в такие моменты, когда наша пресловутая Дума получает пощечины от самодержавного правительства. [18]
Но падение правого большинства с начала до конца III Думы настолько значительно, что правительство не могло, оставаясь самодержавным правительством, не прибегать к экстренным мерам делания выборов. [19]
Газеты не находят слов для выражения своего изумления, для достаточно сильной характеристики того позора, до которого довело себя самодержавное правительство. [20]
Собрание обращает внимание всех граждан на то, что, организуя погромы и непрестанно усиливая полицейский и военный произвол, самодержавное правительство явно глумится над народным представительством и готовится насилием ответить на всеобщее требование свободы, на требование земли крестьянством. [21]
Поэтому русская социал-демократическая партия, не отделяя себя от рабочего движения, будет поддерживать всякое общественное движение против неограниченной власти самодержавного правительства, против класса привилегированных дворян-землевладельцев и против всех остатков крепостничества и сословности, стесняющих свободу конкуренции. [22]
Поэтому русская социал-демократическая партия, не отделяя себя от рабочего движения, будет поддерживать всякое общественное движение против неограниченной власти самодержавного правительства, против класса привилегированных дворян-землевладельцев и против всех остатков крепостничества и сословности, стесняющих свободу конкуренции. [23]
Подкупать небольшими подачками ничтожное меньшинство мироедов и кулаков, помогать им грабить до конца разоренную деревню в награду за их помощь самодержавному правительству, вот какую политику намерен вести Столыпин и его министерство. [24]
И вот она, с одной стороны, обращается к тем же земцам, показавшим растерянность, бессилие и беспомощность не меньшие, чем самодержавное правительство. [25]
Вашей телеологической постановке вопроса, в которой вы необходимость восстания выводите не из объективных условий действительности, а из желательности вырвать власть из рук самодержавного правительства, мы противопоставляем иную постановку вопроса: мы выводим необходимость вооруженного восстания не из наших чаяний и желаний, а из рассмотрения всей истории современной демократической революции в России. Наша постановка вопроса несравненно более осторожна, мы совершенно устраняем всякий субъективный элемент из нашей резолюции и переносим вопрос на исключительно фактическую почву. Мы утверждаем, что вооруженное восстание сделалось необходимым по объективному ходу российской революции, что оно уже было и есть de facto, что оно является теперь таким способом борьбы, с которым должны быть согласованы другие методы, например всеобщая стачка, что опыт декабрьских восстаний партия обязана подвергнуть самому тщательному изучению и критике и, наконец, что обязанность партии не только разъяснять широким массам необходимость восстания, но и организовывать возможно тщательно и серьезно военно-техническую подготовку примыкающих к партии пролетарских групп, к выступлению их в момент вооруженной борьбы для внесения инициативы и планомерности не только в первые акты повстанческой борьбы, как сказано в меньшевистской резолюции, но и в течение всей этой борьбы вообще, и в особенности в конце ее, так как опыт всех восстаний учит нас, что наиболее часто ошибки восставших состояли именно в неуменьи использовать и закрепить успехи, достигнутые в первые дни борьбы. [26]
В резолюции большевиков О Государственной думе, принятой на конференции в Таммерфорсе в декабре 1905 г., оценка современного положения отражена в мотивировочной части следующим образом: Самодержавное правительство все время после 17 октября попирало все основные гражданские свободы, завоеванные пролетариатом. [27]
Не о великодушии правительства свидетельствует наша крестьянская реформа; напротив, она является величайшим историческим примером того, до какой степени изгаженным выходит всякое дело из рук самодержавного правительства. Под давлением военного поражения, страшных финансовых затруднений и грозных возмущений крестьян, правительство прямо-таки вынуждено было освободить их. [28]
В своем проекте резолюции об отношении к буржуазным партиям, который был напечатан накануне съезда, большевики говорят, что октябристы еще не заключили окончательного соглашения с самодержавным правительством и что нам следует использовать их конфликты с самодержавием. В характеристике же кадетов ни слова не говорится ни об их оппозиционности, ни об их возможных конфликтах с самодержавием. Получается такое впечатление, что кадеты правее октябристов. Так как это слишком явная нелепость, то товарищи большевики здесь на съезде исправили свой проект и окончательно уже примирили в нем октябристов с самодержавием. Остается, однако, непонятным, почему кадеты контрреволюционны по своей сущности, тем более непонятным, что, по словам большевистского же проекта, кадеты представляют собой прогрессивные слои буржуазии. Ответ на этот вопрос мы находим в абзаце, где говорится, что их идеалы не выходят за пределы упорядоченного буржуазного общества, огражденного монархией, двухпалатной системой, армией и полицией. Но монархия и двухпалатная система имеются и в Англии, и в Бельгии; двухпалатная система, регулярная армия и полиция имеются не только там, но и во французской демократической республике. Думают ли товарищи большевики, что Россия уже похожа на Англию или Францию и что партия, идеалы которой не выходят за пределы того, что уже осуществлено в Англии, или Франции, или Бельгии, имеет основание примириться и с русским политическим строем. [29]
Участвуя в повседневной законодательной и прочей деятельности в Государственной думе, социал-демократическая фракция должна преследовать свои постоянные критические и агитационные задачи, а не цели непосредственного законодательства, выясняя народу всю непрочность и безрезультатность последнего, пока реальная власть находится всецело в руках самодержавного правительства. [30]