Cтраница 2
Меткое определение Салтыкова-Щедрина прочно вошло в русский язык как обозначение административного произвола, самодурства. [16]
Дисциплина неотделима от ответственности. На всех уровнях управления - говорил в докладе XXIV съезду КПСС Л. И. Брежнев - важно четко определить объем и соотношение прав и ответственности. Большие права при малой ответственности создают возможности для административного произвола, субъективизма, необдуманных решений. [17]
Этот набор управленческих принципов, фактически производных от таких категорий моностилистической культуры, как тотальность, телеология, иерархия ( в советской идеологии можно найти принципы, вытекающие и из других важных категорий), фактически открывал перед практиками управления возможности неограниченного и произвольного вмешательства в ход социальных и даже природных процессов. В результате ничем не ограниченное управление, опирающееся на объективно оптимистические представления о законах развития, становилось административным произволом, приводило к расточительному расходованию ресурсов, а если это не приносило требуемого эффекта, то применялось насилие, подтверждающее те самые представления, на которых он, этот произвол, основывался. [18]
В целом конфессиональная картина Башкортостана к, 1917 г. была следующей: около 1 2 млн. человек исповедовали ислам суннитского толка, около 900 тыс. - православие, 100 тыс. - различные формы язычества, около 30 тыс. - старообрядчество и различные формы сектантства, около 1 5 тыс. - католицизм, около 1 2 тыс. - различные формы протестантизма ( в основном лютеранство и баптизм), около 800 человек - иудаизм. Первые два конфессиональных направления были признаны юридически полноправными и получали в той или иной мере поддержку губернских властей. Остальные были признаны де-факто, подвергаясь в большей ( язычество и секты) ил меньшей мере ( неправославное христианство) административному произволу и ограничениям. [19]
Наличие или отсутствие гражданских прав и свобод служит наиболее очевидным индикатором состояния и уровня развития гражданского общества. Характеризуя их наличие в дореволюционном российском законодательстве, профессор Н.М. Коркунов писал, что постановления российского законодательства о правах гражданской свободы представляются крайне устарелыми и неудовлетворительными. Теперь, когда уничтожено крепостное право, долгое время тяготевшее над русским народом, когда введен гласный, народный суд, когда местное общество призвано к самоуправлению, - странным анахронизмом, совершенной несообразностью представляется бесправие личности перед административным произволом и полное отсутствие хотя бы малейшей свободы общественной деятельности ( Коркунов Н.М. Русское государственное право, СПб. Лишь во второе издание основных государственных законов 1906 г. были внесены значительные изменения по вопросам гражданских свобод. Были провозглашены: неприкосновенность личности, жилища, свобода передвижения и занятий, свобода собраний, образования обществ и союзов, свобода слова и религии. Тем самым были созданы основы для развития гражданского общества. [20]
В российском обществе усиливаются голоса тех, зачастую благонамеренных людей, кто протестует против бюрократических методов управления страной, полицейского произвола, коррупции, надоевшего всем шараханья Александра И в его реформистской политике из одной крайности в другую. Репрессии и ранее невиданный административный произвол, проводимые властью в качестве главных мер против расширения социалистической пропаганды, не убеждают либеральные круги в том, что это - единственно верная политика. Либеральная пресса открыто выражает надежду на то, что правительство будет искоренять крамолу не только полицейскими методами, но и опираясь на лояльные крути общества. При этом политика реформ должна была быть продолжена. [21]
При совершенствовании структуры управления партия считает важным последовательно проводить ленинский принцип индивидуальной ответственности за порученное дело. Когда принимается решение, должно быть совершенно ясно, кто несет за него ответственность. И точно так же должно быть ясно, кто несет ответственность, если назревшее решение не принимается или затягивается. На всех уровнях управления важно четко определить объем и соотношение прав и ответственности. Большие права при малой ответственности создают возможности для административного произвола, субъективизма, необдуманных решений. [22]