Cтраница 3
Америке самые отъявленные негодяи имеют постоянно в своем распоряжении весьма представительные и непрерывно выходящие153 издания, как они могут печатать все, что им заблагорассудится, а вы должны за все платить так дорого, да еще приходится драться за каждый пфенниг, а лучшие друзья при всей благожелательности ничего не могут раздобыть, даже когда нож приставлен к горлу. Все промахи Вейдемейер совершил не из-за недостатка денег, а действительно из-за их избытка. [31]
Но уж если Вейдемейеру необходимо было уехать, то все же была и некоторая польза в том, чтобы иметь толкового представителя коммунистических интересов в столице Нового Света. Нам как раз не хватает в Нью-Йорке такого солидного парня, как он, и, в конце концов, Нью-Йорк тоже не находится на том свете, а относительно Вейдемейера можно быть уверенным, что он в случае необходимости явится тотчас же 2 - рассуждал Энгельс. [32]
Оно усугубилось еще тем, что Вейдемейер безуспешно предлагал Немецкую идеологию целому ряду других издателей, а чтобы придти на помощь Марксу в его острой нужде, собрал несколько сотен франков среди единомышленников в Вестфалии. В пользу его честности и добропорядочности говорит, впрочем, то, что Маркс и Энгельс в дальнейшем общении с ним очень скоро забыли об этих медвежьих услугах. [33]
Маркс уже 31 октября отправил Вейдемейеру письмо, в котором предлагал ему подвизаться на поприще книгопродавца-издателя и издавать в виде отдельных сочинений лучшее из того, что печаталось в Neue Rheinische Zeitung и в Revue. Потом Маркс сразу загорелся воодушевлением, когда Вейдемейер, проклиная в письме торгашество, которое нигде не выступает в такой отвратительной наготе, как в Новом Свете, сообщил ему, что собирается с начала января издавать еженедельник под заглавием Revolution ( Революция), и просил по возможности скорее прислать ему статьи. Маркс поспешил впрячь в дело всех коммунистических писателей - прежде всего Энгельса, потом Фрейлиграта, стихи которого Вейдемейеру особенно хотелось получить, затем Эккариуса и Веерта, а также обоих Вольфов. Он сделал Вейдемейеру упрек за то, что тот не назвал и Вильгельма Вольфа в объявлении о своем еженедельнике: Ни один из нас не умеет писать так популярно, как он - писал Маркс. Сам Маркс обещал прислать кроме обстоятельного разбора нового произведения Прудона статью Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта, посвященную бонапартистскому путчу 2 декабря. [34]
Многим деятелям рабочего движения - Шапперу, Вейдемейеру и другим - оно помогло избавиться от навеянных истинным социализмом неправильных взглядов, духовно окрепнуть, воспринять передовое учение. [35]
Наконец, 25 марта он отправил последнюю часть рукописи Вейдемейеру вместе с поздравлением по случаю возвещенного ему Вейдемейером рождения маленького революционера: Нет более замечательного времени, чтобы родиться на свет, чем нынешнее. К тому времени, когда путь из Лондона в Калькутту будет продолжаться семь дней, у нас обоих головы будут давным-давно снесены или будут трястись от старости. [36]
Эта глава была, вероятно, составлена Гессом, переписана Вейдемейером и отредактирована Марксом и Энгельсом. [37]
Восемнадцатое брюмера составило первый выпуск Revolution - того ежемесячника, который пытался издавать Вейде-мейер. Второй и последний выпуск заключал в себе два поэтических послания Фрейлиграта к Вейдемейеру, и в них Фрейлиграт с ярким юмором обличал и вышучивал попрошайнические поездки Кинкеля по Америке. [38]
Манчестере, совсем не такое простое дело. Сегодня или завтра вечером будет, во всяком случае, приготовлено что-нибудь для Tribune, и папаша Вейдемейер тоже не останется с пустыми руками. Пока что от него ни слуху ни духу - надеюсь, что сегодня вы получили от него письмо, из которого мы узнаем о видах на Новый год, так как письма, пришедшие со вчерашним пароходом, написаны как раз до 1 января. [39]
Наконец, 25 марта он отправил последнюю часть рукописи Вейдемейеру вместе с поздравлением по случаю возвещенного ему Вейдемейером рождения маленького революционера: Нет более замечательного времени, чтобы родиться на свет, чем нынешнее. К тому времени, когда путь из Лондона в Калькутту будет продолжаться семь дней, у нас обоих головы будут давным-давно снесены или будут трястись от старости. [40]
Что меня действительно мучает до глубины души, из-за чего мое сердце обливается кровью - писала жена Маркса в 1850 г. Вейдемейеру - так это то, что мой муж должен претерпевать столько мелких невзгод, в то время как ему можно было бы помочь столь малым, и что он, с такой охотой и радостью помогавший многим людям, оказался здесь без всякой помощи. Но не подумайте, дсрсгой Вейдемейер, что мы к кому-нибудь предъявляем претензии. [41]
Он настоящий революционер и вполне честный человек - похвала, которой я могу удостоить лишь немногих - писал Маркс с искренним уважением в письме к Вейдемейеру, которого он также подбивал поухаживать за Фрейлигратом, так как поэты - это такой народец, который любит, чтобы их гладили по головке, когда хотят, чтобы они пели. [42]
Зорге, к-рый в 1852 основал вместе с Вейдемейером Пролетарскую лигу и играл большую роль в амер. В 1857 в Нью-Йорке был создан Коммунистический клуб, связанный с филиалами в др. городах США и с марксистскими орг-циями в Европе; в 1867 по инициативе Зорге и Вейдемейера была организована в США секция 1-го Интернационала. [43]
Наемный труд и капиталь положены лекции, которые Маркс читал в Немецком рабочем обществе в Брюсселе во второй половине декабря 1847 года. Сохранилась переписанная рукой И. Вейдемейера и почти полностью соответствующая опубликованному в Neue Rheinische Zeitung тексту рукопись под названием Заработная плата. [44]
Неизвестно, приехал ли Вейдемейер весною 1846 г. в Брюссель специально с целью познакомиться с Марксом и Энгельсом или же по какому-нибудь другому поводу, но во всяком случае он быстро сблизился с ними и сделался решительным противником общего воя по поводу резких выступлений Маркса и Энгельса, хотя в этом вое принимал участие и его шурин Люнинг. Вейдемейер был уроженец Вестфалии; человек уравновешенный и несколько тяжеловесный, он отличался верностью и настойчивостью - свойства, которыми славятся вест-фальцы. Значительным литературным дарованием Вейдемейер не обладал: вернувшись в Германию, он служил землемером при постройке железной дороги Кельн - Минден, а в Westphalische Dampfboot работал только между делом. [45]