Cтраница 3
Маркса, направленные в свое время против теории компенсации, полностью сохраняют свою силу и в отношении теории технологической безработицы. Маркс соглашался, что развитие машинного производства вытесняет рабочих из тех отраслей труда, в которых они введены, но одновременно развитие машинного производства может вызвать увеличение занятых в других отраслях труда. Но - писал Маркс-это действие не имеет ничего общего с так называемой теорией компенсации. Так как всякий машинный продукт, напр, один аршин машинной ткани, дешевле, чем вытесненный им однородный продукт ручного труда, то получается следующий абсолютный закон: если общее количество товаров, произведенных машинным способом, остается равным общему количеству замещенных ими товаров, производившихся ремесленным или мануфактурным способом, то общая сумма прилагаемого труда уменьшается. [31]
Использование новой машинной техники требует сосредоточения на предприятиях громадного числа работников. Вместе с тем с развитием машинного производства значительно растет общественное разделение труда. Возникают новые отрасли хозяйства, отпочковываясь от старых, обособляются и отдельные производственные операции. Взаимосвязь и взаимозависимость между предприятиями, отраслями, различными районами усиливается. [32]
Народнохозяйственное значение автоматизации трудно переоценить. Автоматизация представляет собой высшую ступень развития машинного производства и позволяет добиться резкого увеличения производительности труда при одновременном улучшении качества производимой продукции. [33]
Однако если сегодня основное направление развития современного машинного производства - это безлюдные комплексно-роботизированные предприятия, то тем более это должно относиться к освоению космоса и глубин океана и развитию соответствующих технологий. [34]
Автоматизацией производственных процессов называют выполнение всех технологических операций, транспортировку и контроль готовых из - делий машинами, без непосредственного участия человека и лишь под его контролем. Автоматизаци я производственных процессов является высшей, завершающей формой развития машинного производства. [35]
Маркса, направленные в свое время против теории компенсации, полностью сохраняют свою силу и в отношении теории технологической безработицы. Маркс соглашался, что развитие машинного производства вытесняет рабочих из тех отраслей труда, в которых они введены, но одновременно развитие машинного производства может вызвать увеличение занятых в других отраслях труда. Но - писал Маркс-это действие не имеет ничего общего с так называемой теорией компенсации. Так как всякий машинный продукт, напр, один аршин машинной ткани, дешевле, чем вытесненный им однородный продукт ручного труда, то получается следующий абсолютный закон: если общее количество товаров, произведенных машинным способом, остается равным общему количеству замещенных ими товаров, производившихся ремесленным или мануфактурным способом, то общая сумма прилагаемого труда уменьшается. [36]
Возникнув в период перехода от натурального производства к товарному и окончательно оформившись с появлением денег, рыночные отношения достигли своего апогея с развитием машинного производства и разделения труда уже в международном масштабе. [37]
Наконец, буржуазия ничего не говорит о том, что процесс развития техники непрерывно продолжается и что, если рабочему действительно удается найти занятие в новой отрасли труда, усовершенствования машин вытесняют его и оттуда, лишая его окончательно уверенности в завтрашнем дне. Но буржуазия получает всю выгоду от усовершенствования машин; в первые годы, когда много устаревших машин еще на ходу и усовершенствование не введено повсеместно, для буржуазии открываются прекраснейшие возможности обогащения, и требовать от нее, чтобы она видела отрицательные стороны развития машинного производства, означало бы требовать от нее слишком многого. [38]
Рост относительного перенаселения при капитализме усиливается вследствие применения более дешевого женского и детского труда. Члены семьи рабочего становятся конкурентами друг с другом на рынке труда, и это способствует ухудшению положения рабочего класса двояким образом: во-первых, уменьшается стоимость рабочей силы, так как содержание семьи падает на плечи нескольких членов семьи, эксплуатируемых на капиталистических предприятиях; во-вторых, более широкое применение женского и на первых этапах развития машинного производства детского труда увеличивает число безработных мужчин. [39]
Известные в истории три крупных общественных разделения труда - выделение скотоводческих племен, отделение ремесла от земледелия, обособление торговли - способствовали повышению производительности труда и создали материальные предпосылки для регулярного обмена, возникновения частной собственности и разделения общества на классы. Общественное разделение труда в условиях досоциалистических формаций приводит к отделению города от деревни и к возникновению противоположности между ними, а также противоположности между умственным и физическим трудом. При капитализме в результате развития машинного производства ( см. Машинное производство при капитализме) происходит углубление общественного разделения труда и окончательное отделение промышленности от сельского хозяйства. Капиталистические производственные отношения необычайно усилили свойственный эксплуататорским формациям антагонистический характер разделения труда. Все эти процессы совершаются стихийно, неравномерно, в условиях жестокой конкуренции и приводят к диспропорциям и расточительству общественного труда. Капиталистическое разделение труда порождает так называемого частичного, односторонне развитого рабочего. Социализм создает принципиально новую систему общественного разделения труда. Она лишена ограничений, свойственных капитализму, развивается планомерно и подчинена цели повышения эффективности общественного производства. При социализме ликвидирована противоположность между городом и деревней, умственным и физическим трудом. Между работниками социалистических предприятий существуют отношения сотрудничества и товарищеской взаимопомощи. [40]
В этом последнем вопросе г-н Гейнцен обнаруживает такое грубое невежество, что он даже полагает, будто совместное пользование земными благами ( тоже недурное выражение) является следствием упразднения частной собственности. На деле имеет место как раз противоположное. Вследствие того, что крупная промышленность, развитие машинного производства, средств сообщения, мировой торговли принимает такие колоссальные размеры, что их эксплуатация отдельными капиталистами с каждым днем становится все более и более невозможной; вследствие того, что все усиливающиеся кризисы мирового рынка дают нам самое убедительное доказательство этого; вследствие того, что производительные силы и средства обмена современного способа производства и обмена с каждым днем все больше перерастают рамки индивидуального обмена и частной собственности; одним словом, вследствие того, что приближается момент, когда общественное управление промышленностью, сельским хозяйством, обменом становится материальной необходимостью для самих же промышленности, сельского хозяйства и обмена, - вследствие всего этого частная собственность будет упразднена. [41]
Таким образом, вся покровительственная система неизбежно уперлась в следующую дилемму. Либо она покровительствует прогрессу отечественной промышленности и тогда приносит в жертву ручной труд, либо она покровительствует ручному труду и тогда приносит в жертву отечественную промышленность. Протекционисты, принадлежащие к первой секте, те, что считали неодолимым развитие машинного производства, разделения труда и конкуренции, говорили рабочему классу: Во всяком случае, если вы и должны подвергаться эксплуатации, то пусть лучше вас эксплуатируют ваши соотечественники, чем иностранцы. Будет ли рабочий класс вечно терпеть такое положение. Те, кто производит для богатых все ценности и материальные блага, не удовлетворятся этим жалким утешением. За материальную продукцию они потребуют в обмен более материальное удовлетворение. По протекционисты говорят: В конце концов, мы сохраняем общество в его нынешнем состоянии. Хорошо или плохо, но мы обеспечиваем рабочему необходимое ему занятие. Мы заботимся о том, чтобы он не был выброшен на улицу в результате иностранной конкуренции. Но ведь рабочий класс стремится не к сохранению своего нынешнего положения, а к изменению его к лучшему. Протекционисту остается еще одна, последняя лазейка. Он скажет, что он отнюдь не против социальных реформ внутри страны, но что первым условием успешного проведения этих реформ является предотвращение всякой дезорганизации, которую может вызвать иностранная конкуренция. Моя система, - говорит он, - не является системой социальных реформ, но если мы должны преобразовать общество, не лучше лн начать с нашей собственной страны, а потом уже говорить о реформе в наших отношениях с другими странами. Это, конечно, звучит весьма убедительно, но за благовидной внешностью кроется поразительное противоречие. Система протекционизма вооружает капитал одной страны для борьбы с капиталом других стран, она усиливает его для борьбы с иностранным капиталом, и в то же время сторонники этой системы уверяют, что этот капитал, таким образом вооруженный и усиленный, становится мягким, слабым и уступчивым, когда он противостоит труду. Да ведь это значит уповать на человеколюбие капитала, как будто бы капитал как таковой может быть человеколюбивым. [42]
Она вовсе не считается с тем, что должно пройти много лот, прежде чем скажутся последствия снижения цен и будут выстроены новые фабрики. Наконец, буржуазия ничего не говорит о том, что процесс развития техники непрерывно продолжается и что, если рабочему действительно удается найти занятие в новой отрасли труда, усовершенствования машин вытесняют его и оттуда, лишая его окончательно уверенности в завтрашнем дне. Но буржуазия получает всю выгоду от усовершенствования машин; в первые годы, когда много устаревших машин еще на ходу и усовершенствование не введено повсеместно, для буржуазии открываются прекраснейшие возможности обогащения, и требовать от нее, чтобы она видела отрицательные стороны развития машинного производства, означало бы требовать от нее слишком многого. [43]
Общественные формы собственного труда рабочих - пли формы пх собственного [1318] общественного труда - представляют собой такие отношения, которые образовались совершенно независимо от рабочих, взятых отдельно друг от друга; рабочие, находясь в подчинении у капитала, становятся элементами этих общественных образований, но принадлежат эти общественные образования не им. Рабочим они противостоят поэтому как образы, принимаемые самим капиталом, как такие сочетания, которые - в отличие от рабочей силы каждого из этих рабочих в отдельности-составляют принадлежность капитала, возникают из него п включены в его состав. И вто принимает все более реальную форму по мере того как, с одной стороны, сама рабочая сила этнх рабочих претерпевает под воздействием указанных форм такие видоизменения, что она, в своем самостоятельном существовании, т.е. вне этой капиталистической связи, становится бессильной и ее самостоятельная способность к производству уничтожается; а с другой стороны, с развитием машинного производства условия труда все более выступают как силы, господствующие над трудом также п технологически, одновременно с этим заменяя труд, угнетая его, делая его излишним в его самостоятельных формах. [44]
Машинное производство значительно усилило общественный характер процесса капиталистического производства. Здесь уже непосредственно сами орудия труда - крупное, мощное оборудование, машины - и их использование требуют сосредоточения на предприятиях громадного числа работников. Вместе с тем с развитием машинного производства значительно растет общественное разделение труда. Возникают новые отрасли хозяйства, отпочковываясь от старых, обособляются и отдельные производственные операции. Взаимосвязь и взаимозависимость между предприятиями, отраслями, различными районами усиливаются. [45]