Cтраница 1
Национализированная земля, национализированная промышленность, национализированные транспорт и кредит, монополизированная внешняя торговля, регулируемая государством внутренняя торговля, - все это такие новые источники добавочных капиталов, могущих быть использованными для развития индустрии нашей страны, которых не имело еще ни одно буржуазное государство. Вы знаете, что эти и подобные им новые источники уже используются пролетарской властью для развития нашей промышленности. [1]
Одновременно категорически запретить и повести решительную борьбу со всякими видами субаренды, как с преступной спекуляцией национализированной землей. [2]
Социал-демократ не должен быть настолько наивен, чтобы примириться с национализацией земли из-за того, например, что доходы с национализированных земель пойдут на содержание республиканских войск... [3]
Свобода и равенство в пределах трудовой демократии есть свобода для мелкого земледельца собственника ( хотя бы и ведущего хозяйство на национализированной земле) продавать излишки хлеба по спекулянтской цене, то есть эксплуатировать рабочего. Всякий, кто говорит о свободе и равенстве в пределах трудовой демократии - при условии, что капиталисты свергнуты, а частная собственность и свобода торговли еще остаются, - есть защитник эксплуататоров. И с таким защитником пролетариат, осуществляя свою диктатуру, должен поступать как с эксплуататором, хотя бы этот защитник и называл себя социал-демократом, социалистом или даже сознавшим гнилость II Интернационала человеком и прочее и тому подобное. [4]
Джефферсоном были отменены реакционные законы Адамса и проведены прогрессивные реформы, из которых наибольшее значение имело облегчение доступа фермеров к национализированным землям Запада. [5]
Иные видели в этом уступку капитализму, но Ленин разъяснял, что это уступка не капитализму, а крестьянству, мелкой буржуазии при условии, когда пролетарское государство оставляет за собой командные высоты экономики, крупной промышленности, транспорта, монополию внешней торговли, национализированную землю, банки. Ленин указывал, что известную степень свободы торговли, свободу капитализма для мелких землевладельцев можно ввести, не подрывая этим корней политической власти пролетариата. [6]
Национализированная земля была передана в бесплатное и вечное пользование крестьянам, но не в их собственность. В России согласно Декрету о земле крестьяне получили 150 млн. га бывших помещичьих, удельных, монастырских и церковных земель. До 1917 г. у крестьян было 135 млн. га сельскохозяйственных угодий; у зажиточных крестьян, применявших наемный труд, - 80 млн.; у царской семьи, помещиков, монастырей, церквей - 152 млн. га. [7]
Высказываясь за национализацию земли, трудовики в своем проекте обнаруживают очень ясно эгоистические и индивидуалистические стремления мелких земледельцев. Надельные и мелкие частновладельческие земли они оставляют в руках теперешних владельцев ( § 3 земельного проекта 104 - х) с тем лишь, чтобы были приняты законодательные меры, обеспечивающие постепенный переход их в общенародную собственность. Это значит, в переводе на язык действительных экономических отношений, вот что: мы исходим из интересов действительных хозяев, действительных, а не номинальных только, земледельцев, но мы хотим, чтобы их хозяйственная деятельность вполне свободно развернулась на национализированной земле. Параграф 9-ый проекта, говорящий, что в очереди отдается преимущество местному населению перед пришлым и земледельческому перед неземледельческим, показывает еще раз, что интересы мелких хозяйчиков стоят на первом плане у трудовиков. [8]
И то и другое, несомненно, декламация буржуазного демократа, смутно выражающая действительное историческое содержание борьбы. России XX века), - а декламация французского Kleinburger a 1848 года смутно выражает задачи социалистической революции, которая была невозможна во Франции в половине прошлого века. Другими словами: право на труд французского рабочего половины XIX века выражало пожелание обновить все мелкое производство на началах кооперации, социализма и проч. Право на труд русского крестьянина XX века выражает пожелание обновить мелкое земледельческое производство на национализированной земле, а это экономически вполне возможно. [9]
Борисов, сторонник раздела, говорил в Стокгольме: Наша аграрная программа есть программа для периода развивающейся революции, периода ломки старого порядка и организации нового социально-политического строя. Социал-демократия не должна связывать себя решениями, обязывающими ее поддерживать какую-либо форму хозяйства. В этой борьбе новых общественных сил против основ старого строя нужно разрубить запутавшийся узел решительным ударом ( стр. И все это говорит за национализацию, ибо только она действительно ломает все старое средневековое землевладение, только она действительно разрубает запутавшийся узел, предоставляя новым хозяйствам полную свободу складываться на национализированной земле. Спрашивается, где же критерий того, сложилось ли уже настолько новое земледелие, чтобы к нему приспособить раздел земли, - а не закреплять разделом старые помехи новому хозяйству. Критерий этого может быть один - практика. Никакая статистика в мире не может учесть того, насколько именно отвердели элементы крестьянской буржуазии в данной стране, чтобы подогнать землевладение к хозяйству на земле. Это могут учесть только сами хозяева в своей массе. И невозможность такого учета в данный момент доказана выступлением крестьянской массы в нашей революции с программой национализации земли. Мелкий земледелец до такой степени срастается всегда и во всем мире со своим хозяйством ( если это только действительно его хозяйство, а не кусочек отработочного помещичьего хозяйства, как это часто бывает в России), - что фанатическое отстаивание земельной собственности является у него в известный исторический период и на известное время неизбежным. [10]