Ритуализм

Cтраница 1

Модели социальной адаптации личности. [1]

Ритуализм, как другая отклоняющаяся форма личностной адаптации, напротив, проявляется в том, что человек не признает цели и ценности своего сообщества, но тем не менее соблюдает правила игры и ведет себя в соответствии со сложившимися представлениями о допустимых средствах социальных достижений. В нашем обществе обычно это семейная карма детей из слоя российской интеллигенции. [2]

Ритуализм занимал важное место среди средств спасения уже благодаря тому, что в нем воздвигается детально разработанная и устойчиво передаваемая система действий, противопоставленная миру обыденности. В совершенном порядке ритуала преодолевается хаотичность мира, отстраняются, лишаются смысла, предстают преходящими обыденные события. Через ритуал человек приобретает чувство связи с сакральными смыслами и отношениями, лишенными прямого утилитарного значения. Хотя и непоследовательно, в ритуале устраняются мотивы магического воздействия на мир с целью улучшения земного благосостояния человека. Косвенным образом они должны принести индивиду конечное благо, в том числе и благоденствие в этом мире, через включение в безличный трансцендентный механизм. Хорошо известным социальным последствием такой формы спасения является отрыв сакральной сферы от социальной и обременительная формализация духовной деятельности. [3]

Ритуализм ( более распространенное название - пьюзиизм) - течение внутри англиканской церкви, возникшее в 30 - х гг. XIX в. [4]

Ритуализм в полном смысле слова девиацией не является. К ри-туалистам относятся те, кто или отказались от целей жизненного успеха, или существенно снизили свои притязания, но не вышли за рамки дозволенных норм поведения. Как правило, это представители тех слоев общества, для которых недостижим жизненный успех без инноваций. Данные люди должны или отказаться от цели, но не нарушать дозволенный порядок ( это и есть ритуалисты), или решиться на инновации ради достижения целей. [5]

Ритуализм россиянина ставит еще одну важную проблему: проблему организационной культуры предприятия. Такая культура формулирует цели фирмы и соответствующие этим целям ориентиры поведения ее служащих. [6]

Для него ритуализм - это тип индивидуальной адаптации, когда индивид отвергает культурно определенные цели по причине неспособности их достижения, но продолжает исполнять институциональные правила и нормы, предназначенные для достижения этих целей. Такое понимание можно рассматривать как концептуализацию ритуала в обыденном смысле, о котором сказано выше. Мертон разъяснял ритуализм следующим образом: индивид чувствует себя защищенным, следуя рутинным процедурам, предписанным для достижения успеха. Даже если он уверен, что никогда не преуспеет и не поднимется на более высокую ступень в организации, само это ритуальное соответствие институциональной модели предохраняет его от острой тревоги и нервных срывов, которые про-воцируются провалом попыток достижения цели. [7]

Третий смысл слова ритуализм подразумевает систематическое следование нормам и правилам, которые традиционны по своему происхождению и характеру, но уже давно ре соответствуют потребностям и ценностям реальной жизни. [8]

Эпилептоид чрезвычайно подвержен обыденному ритуализму действий, совершая многие из них автоматически. В этом смысле его практически невозможно убедить отказаться от привычной рационализации поведения. Будни эпилептоида описаны Касьяновой с чувством сокровенного феноменологического сопереживания. В результате сам тип становится до боли выстраданным, а не просто описанным со стороны, отчего с легкостью узнаешь в созданных типажах если уж не себя самого, то по крайней мере многих из своего окружения. [9]

В данном контексте они важны как демонстрация ритуализма, характерного для подавляющего большинства нормальных человеческих ситуаций и взаимодействий. [10]

Вебер особо выделяет следующие: моральное совершенствование, ритуализм, выполнение долга, знание и вера, любовное благочестие, мистицизм и институциональное спасение через церковь. И как сепаратный путь спасения выделяется сектантство, в том или ином плане расходящееся с ортодоксальными учениями и ортодоксией. [11]

В нормальной науке со всей очевидностью проявляются черты мифологизма и ритуализма. Однако ее мифологичность заключа - ется не в том, что она руководствуется ложными представлениями о реальности, а в том, что вопрос об истинности или ложности этих представлений для существования в рамках парадигмы не иг - с рает решающей роли. В нормальной науке образ мира - это ш образ жизни, и в этом смысле физические образы реальности, со - я здаваемые наукой, столь же живы и существенны, сколь для пер - вобытных народов образы их мифов, воплощаемые в ритуалах. [12]

Но с традиционализмом и интеллектуализмом связан еще один элемент, именно - ритуализм. Раз религия превращается в традиционное, многосложное, в действительности доступное лишь немногим учение, большинство верующих может действительно переживать ее лишь в форме священнодействия. Учение выливается в стереотипные формулы, сопровождающиеся символическими действиями. Хотя таким путем и не достигается внутреннего понимания учения, но все же при этом получается ощущение какой-то тайны. То самое обожение, которое есть предмет чаяний грядущего и само по себе есть нечто неописуемое и недоступное разумению, уже в нашей земной жизни раздается в священнодействиях как бы в задаток будущих благ. Условием его восприятия становится теперь возбуждение фантазии и подъем настроения, его признаком - высшая степень такого возбуждения. [13]

Буддизм возник первоначально как проявление религиозного свободомыслия в борьбе с окостеневшей брахманской ортодоксией и внешним ритуализмом. Буддизм отверг как брахманское учение о сакральности сословно-варновой системы, так и авторитет священных Вед, утверждая, что любой человек может стать святым-архатом или буддой. В течение тысячи лег буддизм процветал в Индии, определяя ее духовный облик, но постепенно был вытеснен из нее окрепшим и возродившимся индуизмом и после XIII в.н.э. практически полностью исчезает на своей исторической родине. [14]

Ясно, что этот второй элемент римской церкви должен был коренным образом изменить на Западе характерные черты католицизма - традиционализм, правоверие, ритуализм и монашество. Традиционализм сохраняет здесь прежнее значение; но то, что в нем оказывается неудобным, устраняется и заменяется волей папы. Далее, хотя правое учение все еще остается на первом плане, но церковная политика папы может фактически изменять его: при помощи тонких различений придали новый смысл многим догматам и установили несколько новых догматов; учение стало во многих отношениях произвольным, а слишком строгие формулы вероучения обходятся путем установления противоположных им норм в этике и в практике исповедальни. [15]

Страницы: 1 2