Cтраница 2
Товарищ Плеханов в № 5 Дневника предостерегает Россию от повторения опытов Ван Ган-че ( китайский преобразователь XI века, неудачно введший национализацию земли) и старается доказать, что крестьянская идея национализации земли реакционна по своему происхождению. Натянутость этой аргументации бьет в глаза. Если бы Россию XX века можно было сравнивать с Китаем XI века, тогда мы с Плехановым, наверное, не говорили бы ни о революционно-демократическом характере крестьянского движения, ни о капитализме в России. Что же касается до реакционного происхождения ( или характера) крестьянской идеи национализации земли, то ведь и в идее черного передела есть несомненнейшие черты не только реакционного происхождения, но и реакционного характера ее в настоящее время. Реакционные элементы есть во всем крестьянском движении и во всей крестьянской идеологии, но это нисколько не опровергает общего революционно-демократического характера всего этого движения в целом. [16]
Товарищ Плеханов в № 5 Дневника предостерегает Россию от повторения опытов Ван Ган-че ( китайский преобразователь XI века, неудачно введший национализацию земли) и старается доказать, что крестьянская идея национализации земли реакционна по своему происхождению. Натянутость этой аргументации бьет в глаза. Если бы Россию XX века можно было сравнивать с Китаем XL пека, тогда мы с Плехановым, наверное, не говорили бы ни о революционно-демократическом характере крестьянского движения, ни о капитализме в России. Что же касается до реакционного происхождения ( или характера) крестьянской идеи национализации земли, то ведь и в идее черного передела есть несомненнейшие черты не только реакционного происхождения, по и реакционного характера ее в настоящее время. Реакционные элементы есть во всем крестьянском движении и во всей крестьянской идеологии, но это нисколько не опровергает общего революционно-демократического характера всего этого движения в целом. Поэтому свое положение ( о невозможности для социал-демократов выдвигать требование национализации земли при определенных политических условиях) Плеханов не только ничем не доказал, но даже особенно ослабил споен утрированно натянутой аргументацией. [17]
Конечно, лицемерие этих воплей о бюрократизме бьет в глаза, ибо именно крестьяне, требующие национализации, выдвинули замечательную идею местных земельных комитетов, выбранных всеобщим, прямым, равным и тайным голосованием. Но черносотенные помещики вынуждены хвататься за все и всяческие доводы против национализации. Классовое чутье подсказывает им, что национализация в России XX века неразрывно связана с крестьянской республикой. В других странах, где в силу объективных условий не может быть крестьянской аграрной революции, дело обстоит, разумеется, иначе, - например, в Германии, где национа-лизаторским планам могут сочувствовать Капицы, где социалисты и слышать не хотят о национализации, где буржуазное движение за национализацию ограничивается интеллигентским сектантством. Чтобы бороться с крестьянской революцией, правые должны были выступать перед крестьянами в роли защитников крестьянской собственности против национализации. [18]
Совершенно несомненно и неоспоримо, что рабочий класс всех стран - по мере того, как развивается капитализм, по мере того, как накопляется опыт буржуазной революции или буржуазных революций, а также неудачных социалистических - растет, развивается, учится, воспитывается, организуется. Другими словами: он идет в направлении от стихийности к планомерности, - от руководства одним настроением к руководству объективным положением всех классов, от порывов к выдержанной борьбе. Все это столь же старо, как мир, и столь же применимо к России XX века, как и к Англии XVII века, к Франции 30 - х годов XIX века и к Германии конца XIX века. [19]
Это сознание не должно опечаливать нас: развитие ума человеческого подлежит тому же закону строгой постепенности, как и явления в вещественном мире. Если примем в соображение короткий промежуток времени, отделяющий нас от поры невежества Рус-скаго народа, то утвердительно скажем, что возможное в великом деле просвещения исполнено у нас. И ежели бы чужеземец, считающий столетиями давность образованности своего отечества, упрекнул нас в застое умствеянаго развития, то мы раскрыли бы перед ним наши летоппси на тех эпохах, когда Англия озарялась гением Бекона, Л окна, Нютона, когда Франция гордилась Декартом, Паскалем, Форматом, Германия - Кеплером, Лейбницем, Италия - Галилеем: он увидел бы, что в те времена едва заводились у нас типографии для печатания церковных книг, Безпристрастное сравнение России XVIII века с Россиею XIX столетия вполне убедит его в той истине, что может быть ни один народ, в такое короткое время, не сделал столь быстрых успехов в просвещении, как народ Русский. [20]
Таким образом, ЦК сразу уходит совершенно в сторону от вопроса. Вместо того, чтобы посмотреть на условия действительной борьбы, как она велась и ведется, он начинает спекулировать худшим, идеалистическим, способом насчет сознания и представления о том, кто станет на место низвергнутого, а не о том, кто низвергает и низвергнет. Для получения оппортунистических выводов пришлось выкинуть прочь весь марксистский метод, требующий изучения того, какие интересы каких классов требуют низвержения. Если бы ЦК не забыл азбуки марксизма, то он посмотрел бы хоть на основании опыта русской революции, какие классы вынуждены у нас самым ходом движения, часто независимо от их сознания ( и даже вопреки их монархическому сознанию), низвергать учреждения власти, стоящие у них на пути. История рабочего и крестьянского движения в России XX века дала бы нашему ЦК достаточно примеров частичного и местного низвергания учреждений власти, чтобы судить об общем и полном низвержении центральной власти по-марксистски, а не по-лодрю-ролле-новски. [21]
Единственной целью его жизни стало здоровье ребенка - Люди близко знавшие Николая считали, что если бы Николай родился В среде простых смертных, он прожил бы жизнь полную гармонии, поощряемый начальством и уважаемый окружающими, Он... Все мемуаристы в один голос отмечают, что Николай был прекрасно воспитан, сдержан в проявлении эмоций. Обладая образованием для царствования в XIX веке и темпераментом для правления в Англии, он жил и царствовал в России XX века. Мир, который был понятен ему и привычен рассыпался на глазах... [22]
России в предстоящем перевороте демократическая республика, то вся, не только русская, но и международная, обстановка движения толкнула бы к национализации. Если же не осуществится это условие, то и тогда муниципализация окажется фикцией; тогда она может осуществиться разве лишь как новый вид выкупа. Джона стоит термин: отчуждение, а не конфискация, и, как видно было из его речи, этот термин выбран был им не случайно, а между тем термин этот просто кадетский, он предполагает что угодно, и с ним вполне мирится проектируемый кадетами выкуп. Я не думаю, чтобы постановка этого вопроса находилась в тесной и неразрывной связи с разбираемой нами программой, но раз этот вопрос поставлен, на него надо дать вполне определенный и недвусмысленный ответ. Западе; никакой другой гарантии, в настоящем и полном смысле этого слова, быть пе может. Я формулировал бы это положение в таких словах: русская революция может своими собственными силами победить, но она ни в коем случае не может своими собственными руками удержать и закрепить своих завоеваний. Она не может достигнуть этого, если на Западе не будет социалистического переворота; без этого условия реставрация неизбежна и при муниципализации, и при национализации, и при разделе, ибо мелкий хозяйчик, при всех и всяческих формах владения и собственности, будет опорой реставрации. У нашей демократической республики нет никакого резерва, кроме социалистического пролетариата на Западе, и в этом отношении не надо упускать из виду, что классическая буржуазная революция в Европе, именно великая французская революция XVIII века, происходила совсем не при такой международной обстановке, при какой происходит русская революция. Франция конца XVIII века была окружена феодальными и полуфеодальными государствами. Россия XX века, совершающая буржуазную революцию, окружена странами, в которых социалистический пролетариат стоит во всеоружии накануне последней схватки с буржуазией. [23]