Cтраница 3
Обуржуази-вание помещичьего хозяйства в пореформенной России характеризовалось сохранением сильных пережитков феодализма, способствовавших искусственному удерживанию в этой отрасли массы пролетаризированного крестьянства, В таких условиях малоземелье и нищета неизбежно должны были принять особенно острые формы. [31]
Изображал крест, жизнь в пореформенной России ( Земство обедает, 1872; Косцы, 1887), обращался к ист. Используют в кормлении в осн. [32]
В некоторых случаях одно и то же качество разных совокупностей не может быть, выражено одним и тем же группировочным признаком. Классическим примером таких случаев является ленинская группировка кустарных промыслов пореформенной России. [33]
А чтобы оспаривать это, ему пришлось бы отрицать буржуазный характер пореформенной России, отрицать то самое, во имя чего поднимался его отдаленный предок, народник 70 - х годов, и шел в народ искать залогов будущего у самих непосредственных производителей. Конечно, современный народник не только решится, чего доброго, отрицать это, но и станет, пожалуй, доказывать, что в рассматриваемом отношении произошла перемена к лучшему; но этим он только показал бы всем, кто еще этого не видит, что он не представляет из себя решительно ничего более, как самого обыкновенного маленького буржуа. [34]
Милютин и его покровитель министр внутренних дел С. Он не был противником реформ, однако считал, что в пореформенной России преобладание должно получить дворянство как самый культурный и консервативный класс. В соответствии с этими идеями Валуев начал искоренять заложенные Милютиным принципы. [35]
Второй выпуск работы до сих пор не обнаружен. Есть основания предполагать, что Ленин выступил в нем против народнических взглядов на сущность экономических процессов в пореформенной России, рассмотрел вопросы образования внутреннего рынка для капитализма и возможности реализации общественного продукта без внешних рынков, развития ранних стадий капитализма в стране и капиталистической организации кустарных промыслов. [36]
Рабочее движение начинает оказывать все большее влияние на общественно-политическую жизнь страны, является новым явлением в социальной жизни пореформенной России. [37]
В предисловии к третьему тому Капитала Энгельс указывает, что Маркс долго и тщательно изучал в подлинниках материалы об экономике пореформенной России. [38]
Требование классиков марксизма-ленинизма сочетать в анализе системные ( общие) и групповые ( подсистемные) средние связывает в одно целое два основных, органически дополняющих друг друга статистических метода: метод средних величин с методом группировок, адекватные теории регулирующих системных ( общих) и групповых средних. Образцом такого сочетания может служить приведенный в 5.3 ленинский пример сочетания системных и групповых средних при анализе процесса образования внутреннего рынка для крупной промышленности в пореформенной России. Для общей характеристики этого процесса В. И. Ленин приводит системные средние показатели о размере и структуре денежных доходов и расходов, относящихся к системе крестьянского хозяйства в целом. Для анализа же особенностей процесса в разных социальных группах крестьянства и складывающихся между ними производственных отношений он сочетает системные средние показатели с аналогичными групповыми показателями по отдельным социальным группам. [39]
Как известно, товарное обращение предшествует товарному производству и составляет одно из условий ( но не единственное условие) возникновения этого последнего. В настоящей работе мы ограничили свою задачу разбором данных о товарном и капиталистическом производстве и потому не намерены подробно останавливаться на важном вопросе о росте товарного обращения в пореформенной России. [40]
Крепостное право изображается не как определенная форма хозяйственной организации, порождавшей такую-то эксплуатацию, такие-то антагонистические классы, такие-то политические, юридические и др. порядки, - а просто как злоупотребления помещиков и несправедливость по отношению к крестьянам. Крестьянская реформа изображается не как столкновение определенных хозяйственных форм и определенных экономических классов, а как мероприятие начальства, выбравшего но ошибке неверный путь, несмотря на самые благие намерения. Пореформенная Россия изображается как уклонение от истинного пути, сопровождающееся бедствиями трудящегося, а не как известная система антагонистических произподствешшх отношений, имеющая такое-то развитие. [41]
В последнее время в учебной литературе больше внимания уделяется политической истории России и по существу свернуто изложение таких важных проблем, как развитие экономики и социальной структуры общества. В данной книге этим темам отведено значительное место, в их освещении автор использует новые подходы. Ранее изучение социально-экономических процессов в пореформенной России сводилось к проблеме развития капитализма, В настоящем учебнике наряду с этим ведущим процессом рассматриваются и различные докапиталистические формы мелкотоварного и патриархального укладов, отмечаются их региональные особенности, указывается на существенную роль государства в насаждении капитализма сверху, выявляется значение использования прогрессивных технологий и опыта высокоразвитых индустриальных стран, иностранных инвестиций в промышленность, транспорт, средства связи, в банковское дело. [42]
Шанин, профессор Манчестерского университета ( Англия) является одним из известных специалистов по русской политической культуре. Целая книга посвящена осмыслению политического опыта пореформенной России. Автор не ограничивает себя строгими хронологическими рамками, а обращается как к далекому прошлому, так и к послереволюционному периоду. Шанин считает, что Россия является первой в истории развивающейся страной. Под термином развивающаяся понимается не бедное или отсталое общество, а иное. Это общество, в котором преобладают тенденции разрыва, слома, разрушения, а не органической новации. Столыпин и его окружение принадлежали к традиционной элите, несмотря на приверженность политике радикальных реформ, несли в гладах общества ответственность за прошлое, были его хранителями. [43]
Эта книга ( полученная нами тогда, когда большая часть настоящего сочинения была уже набрана) представляет из себя самое замечательное, после 3-го тома Капитала 3, явление новейшей экономической литературы. Интересно отметить, до какой степени тождественны основные черты этого общего процесса в Западной Европе и в России, несмотря на громадные особенности последней как в экономическом, так и во внеэкономическом отношении. Rautsky, IV, b, с), которое обращает на себя внимание и в пореформенной России ( см. ниже, гл. [44]
Натиск реакции, усилившейся после покушения революционера Д. В. Каракозова на Александра II ( 1866 г.), лишил демократический лагерь легальной трибуны: были закрыты Современник, а также журнал Русское слово, известность которому принесла талантливая, боевая публицистика Д. И. Писарева - пропагандиста материалистических идей, защитника интересов голодных и раздетых. Исключительно велика была роль Салтыкова-Щедрина - писателя и мыслителя, сатира которого вскрывала корни всех социальных зол пореформенной России. [45]