Cтраница 1
Русский рынок хотя и растет, но все же он мал для того, что может произвести Россия. Финляндия спросила, например, в 1889 г. 166 тыс. пудов ( на 522 тыс. руб.) листового табака, но она не может составить рынка русским избыткам. Им надобен более широкий, и одна Англия может подать пример спроса более широкого, а потому туда следует направить усилия и соперничать с Северною Америкою, Индиею и Египтом в доставке табака. [1]
Как ни громаден русский рынок, но его потребности в заводских и фабричных товарах все же недостаточны для такой степени роста, какого может достичь русская производительность, если она положит в основу своего развития свой каменный уголь, свое железо и вообще свои, еще почти нетронутые, ископаемые ресурсы, сокрытые под тою почвою, поверхность которой тронута русскою сохою. [2]
Заинтересованные в сохранении русского рынка для сбыта коксохимических продуктов иностранные капиталисты тормозили развитие улавливания и переработки химических продуктов коксования в Донбассе. [3]
Тогда при переполнении русского рынка является возможность заграничного сбыта. [4]
Казанские духовые ( особенно яичные) мыла еще сохраняли своеобразие, в остальном же ассортимент мыл русского рынка вполне сблизился с западно-европейским. [5]
В работах некоторых буржуазных историков и экономистов по нефтяным вопросам, появлявшихся тогда, а также после смерти Менделеева, сквозит недопонимание или несогласие с сущностью и важностью борьбы ученого против массового уничтожения мазута в топках. Как примирить требования Менделеева, удивлялись они, с тем фактом, что керосина вырабатывалось больше, чем мог поглотить русский рынок, что мазут предлагался заводчиками к продаже по ничтожной цене 2 - 4 коп. [6]
Достижение же вывоза продуктов, исходящих из производительности горного, заводского и фабричного дел, может происходить только при насыщении ими русского рынка, получающего ныне товары сего рода отчасти кз-за границы, а потому с вывозом их из России торговый ее баланс улучшится не только от увеличения вывоза, но от уменьшения ввоза. [7]
Они вели войну за свои капиталы, вложенные в России, за доходы от царских займов, которыми подкармливались 4 - 5 млн. мелких рантье во Франции, за необъятный русский рынок. [8]
Так, указом царя Петра Алексеевича от 1 февраля 1697 г. было разрешено употребление табака и установлена табачная пошлина, сбор которой был поручен купцу московской гостиной сотни Мартыну Орле-ску. Вскоре Петр I отправился в двухлетний вояж по Европе и, находясь в Англии, сдал торговлю табаком в России английской компании во главе с адмиралом Камертеном сроком на 6 лет - по 1705 г. Английская компания в первый год откупа поставила на русский рынок 1 5 млн. фунтов табака, обязавшись ежегодно наращивать его поставки в Россию на 500 тыс. фунтов, уплачивая в российскую казну по 4 коп. [9]
Лисенко в конце века утверждал, вступая в резкое противоречие с Менделеевым, что для России было бы выгоднее всего направлять нефтяные грузы в Европу через западную границу и Балтийское море; в этом случае они прошли бы по русским железным дорогам наибольший путь и доставили бы наибольший доход русским железным дорогам. Вывоз по этому направлению, писал Лисенко, возник еще в начале 80 - х годов, но он ограничивался сбытом небольших количеств нефтепродуктов в Германию и другие соседние страны и не развился. Главная цель его была освободить русский рынок от избытка керосина, которым он тогда переполнился вследствие быстрого развития наливной перевозки в начале 80 - х годов [ 135, отд. [10]
Но все же положение заставляет нас прежде всего исходить из своих собственных интересов, и конфликт между нашими собственными интересами и тем, к чему нас толкают другие страны, сейчас больше, чем когда-либо толкает Америку к установлению таких взаимоотношений. Мы заинтересованы в развитии американского экспорта. Единственный большой рынок с большими возможностями, которые до сих пор никем по-настоящему не использованы - это русский рынок. [11]
Характерным хлебом России должно считать рожь. Ее хотя и разводят в других странах, но в гораздо меньшей пропорции, а у нас она служит главным пищевым средством. Россия производит ежегодно около 20 млн т ржи ( не считая семян), прочие страны ( Германия, Франция и др.) - только около 16 млн т, а потому русский рынок и урожаи ржи в России определяют мировые цены этого хлеба. В России же весь московский центр, вследствие густоты населения, сам нуждается в хлебе, потому определителем цен ржи являются приволжские и заволжские губернии восточной России и там недород не только определяет местное голодование, но и ведет к общему повышению цен, которые за Волгой колеблются от 30 коп. [12]
Созданные в 1879 австро-германский союзы, были направлены своим острием против России и Франции. В кругах русской промышленной буржуазии было сильно недовольство значительным проникновением германских товаров на русский рынок Повышение Германией в 1887 пошлин на русское зерно, задевавшее интересы русских помещиков п купцов и приведшее в дальнейшем к острой таможенной войне между двумя странами, еще более обострило ситуацию. [13]
Англии, особенно со времен Веджвута. Я слыхал, что он, получая издалека несколько сортов надобных его знаменитому заводу глин, стал систематически испытывать все глины, в своих окрестностях находящиеся, и подобрал все надобные сорта, а потому и говорил, что, прежде чем брать далекую глину, следует испытывать глины, по которым мы ходим на наши заводы. Но кто же станет испытывать и искать, пробовать, рисковать добычею и подготовкою ( отмучиванием), если заводы, требующие высшего сорта глин, могут, не заботясь о разведке и разработке русских глин и устраивая свои заводы недалеко от границ, беспошлинно получать иностранную глину. Конечно, заводам, расположенным вдали от границ, невыгодно брать чужеземную глину, потому что провоз дорог, но ничто не указывало до сих пор на то, чтобы заводы, производящие ценные и хорошо огражденные таможенными пошлинами товары, устраивались внутри страны; напротив того, беспошлинный впуск иностранных сырых заводских материалов и высокие покровительственные пошлины на произведения заводов и фабрик прямо указывали на пограничные места для всех русских начинаний и на заграничные сырые материалы. Спрос на товары этого рода невелик в России, потребность ее легко восполняется, а избыток производства вывозить за границу трудно, получая оттуда сырье. Поэтому и види м ту вялость русской производительности, которая приписывается обыкновенно существованию покровительственного тарифа. Причины же тому иные, а главная в том, что свое сырье, начиная от своей глины, в загоне, все привычки, все интересы сосредоточились на иностранном сырье. Если бы сразу принуждены были искать своего сырья, допустим, развивались бы заводы, хотя и тише, но вернее. Учредив свою добычу, скажем для примера, хотя бы глины, надобной для фарфорового дела, и устроив производство фарфора, имели бы полный интерес шире и шире развивать добычу и глины и фарфора, а при дешевизне русских рабочих и наших земель, скоро бы, как в нефти, дошли до насыщения русского рынка и до потребности заграничного сбыта. Если бы, назначив в 1868 г. ( ст. 76) 4, 8, 16 руб. с пуда за фарфоровые изделия, назначили хотя бы 10 или лучше 20 коп. [14]