Cтраница 4
Считая ненормальность существующего академического строя лишь отголоском общего русского бесправия, мы откладываем навсегда иллюзию академической борьбы и выставляем знамя общеполитических требований, глубоко убежденные, что для правильного хода общественной жизни необходимо пересоздание всего социального и политического строя на началах признания за общественностью публичных прав... Мы требуем: 1) неприкосновенности личности, 2) свободы печати, 3) свободы совести, 4) свободы собраний и организаций, 5) непосредственной ответственности административных лиц, 6) общедоступности образования, 7) допущения женщин в университеты, 8) уравнения прав национальностей. [46]
Статья написана в связи с оглашением 16 ( 29) июня 1906 года на 28 - м заседании Государственной думы декларации социал-демократической фракции. Эта декларация, в которой излагалась программа думской деятельности социал-демократических депутатов, была зачитана С. Д. Джапаридзе во время обсуждения в Думе законопроекта о свободе собраний. При выработке декларации думская социал-демократическая фракция, в состав которой входили меньшевики, отклонила большевистский проект декларации, написанный В. И. Лениным ( ятот проект с некоторыми сокращениями приведен Лениным в настоящей статье), и приняла проект декларации, одобренный меньшевистским ЦК. [47]
Имеется в виду стачка железнодорожников в феврале 1905 года. Забастовавшие предъявили требования сокращения рабочего дня, увеличения заработной платы, вежливого обращения с подчиненными, уравнения прав женщин с мужчинами, предоставления свободы собраний и другие. Рабочих и служащих Московско-Казанской железной дороги, начавших стачку 4 февраля, поддержали рабочие и служащие Московско-Киево - Воронежской и Московско-Курской железных дорог. Стачка железнодорожников Московского узла, продолжавшаяся с 4 по 23 февраля, была одним из значительных выступлений рабочих в ходе стачечного движения, развернувшегося по всей стране после расстрела мирной демонстрации в Петербурге 9 января 1905 года. [48]
Это колебание почти уравновешенных сил неизбежно порождает растерянность власти, вызывает переходы от репрессий к уступкам, к законам о свободе печати и свободе собраний. [49]
Свобода печати для пролетариата не есть пустое слово. Без лучших типографий, лучших домов печати, без открытых организаций рабочего класса, от самых узких до самых широких, охватывающих миллионы рабочего класса, без самой широкой свободы собраний - свободы печати не бывает. [50]