Cтраница 2
После твоего отъезда небо скоро затянулось облаками, и я пошел купаться только в двенадцатом часу. Было тепло, но облака и солнце выглядывало только изредка. Я купался в сосновой роще, море было совершенно покойное, как вчера, и очень прозрачное. Но берег, несмотря на то, что мало было солнца, был, в отличие от всех прежних дней, полон зулусами, которые не только господствовали на пляже, но и пришли в большом количестве в тот уголок, где мы всегда купались. [16]
Мы русские европейцы, как есть европейцы английские, французские, немецкие. Если я чувствую себя европейцем, то не глупо ли мне доказывать, что я какой-то славяно-росс или греко-славянин. Я так же неоспоримо знаю, что я европеец, как и то, что я русский. Я могу и, пожалуй, должен жалеть и беречь всякого человека, как и всякое животное - блажен муж иже и скоты милует; но признавать себя солидарным, своим я буду не с какими-нибудь зулусами или китайцами, а только с нациями и людьми, создававшими и хранившими все те сокровища высшей культуры, которыми я духовно питаюсь, которые доставляют мне лучшие наслаждения. Прежде всего нужно было, чтобы эти избранные нации сложились, и окрепли, и устояли против низших элементов, нужна была война, и война была дело святое. [17]