Cтраница 1
Взрослая саккулина, паразитирующая в крабе Carcinus maenas ( вид краба снизу, половина его тела изображена прозрачной): а - тело саккулины; б - ее корневидные выросты, пронизывающие тело краба. [1]
Ваша дочь достаточно взрослая, чтобы это понимать. Мы изучаем текст, чтобы больше узнать 6 Шекспире. [2]
Ваша дочь достаточно взрослая, чтобы это понимать. Мы изучаем текст, чтобы больше узнать о Шекспире. [3]
В природных условиях взрослая проспальтелля питается нектаром различных цветущих растений. Более охотно она избирает цветки гречихи, белой горчицы, укропа, имеющих открытые нектарники. Однако в жаркую погоду такие растения прекращают выделение нектара. Цветки фацелии и горчицы белой выделяют нектар почти в течение всего дня, поэтому в южных районах они более благоприятны для питания наездника, чем другие нектароносы. [4]
Старшая дочь, уже взрослая, понимала положение родителей и очень страдала; она даже без их ведома сделала попытку подготовиться к игре на театральной сцене. [5]
Нет, Энн не взрослая, она ребенок, она девочка. [6]
Отсюда ясно, что котенок весит 1 кг, взрослая же кошка 1 2 - 3 кг. [7]
Рабочий и продуктивный скот: взрослый скот, птица ( взрослая), пчелосемьи. [8]
Нет, он не взрослый, он мальчик, он ребенок. Нет, Энн не взрослая, она ребенок, она девочка. [9]
Промысловая рыба рек Оби, Енисея, куда входит с моря для нереста в июле-августе. Половой зрелости достигает в возрасте 6 - 12 лет, выметывая 29 тыс. - 93 тыс. икринок. Молодь питается зоопланктоном, взрослая - бентосом, личинками хирономид, моллюсками, иногда мелкой рыбой. [10]
Передние крылья темно бурые, с белыми штрихами по краю. Гусеница светло-желтого цвета, покрыта волосками и бородавками, взрослая достигает в длину 7 - 10 см. Повреждает вику, чечевицу, но чаше и сильнее всего горох. [11]
Размножаются бесполым ( зооспорами) или половым способом. Из зиготы развивается взрослая А. [12]
Из клетки глаза или кишечника головастика извлекали ядро, помещали его в икринку, из которой предварительно было удалено ее собственное ядро. Из икринки развивался нормальный головастик, а из головастика - взрослая ля -, гушка. [13]
Беллетрист мог бы проводить его домой и послушать, как тихим поворотом ключа откроет он дверь; снимет ботинки, чтобы не скрипели под его тяжестью половицы, словно с ботинками отслаивается и тяжесть; болотным шагом проберется к себе в кабинет, растянется на диване и глубоко нырнет в непробудный сон и вынырнет не раньше появления утренней Эйлин, или Эйлин и Мэри вместе. И все это вкупе будет означать, что уж он-то, профессор Резерфорд, в этом мире отнюдь не одинок. Конечно, он сможет отделаться шуткой: Мы с дядей Гансом считаем светлячков. А потом самое скверное - зачем. Он-то даже в эту минуту не будет одинок - напротив. Наука одинока, как господь бог в первый день творения, как Новая Зеландия в океане. Мэрн - взрослая и образованная. [14]