Cтраница 1
Идея справедливости в налогообложении впервые отчетливо прозвучала в теории единого налога. Надо отдать должное чисто финансовой науке, что она в самом начале своего становления поставила вопрос о социальной справедливости в налогообложении. Практический аспект теории единого налога был связан с преобразованиями в налоговой системе. [1]
Вагнер, развивая идеи справедливости применительно к источникам налогообложения, решительно высказался за то, чтобы не только доход, но и капитал являлся источником обложения. [2]
В самой науке заложена идея справедливости. [3]
С учетом этих факторов и критериев развивалась идея справедливости в налогообложении, которая, как мы уже знаем, нашла свое выражение в принципе общности и равномерности обложения. [4]
Критерием правильности, как уже отмечалось вначале, является идея справедливости, рассматриваемая как служение общей пользе, с которой связана идея господства законов. В этом смысле Аристотель отдает некоторое предпочтение среди правильных форм политии, как средней форме государства. В ней властвует средний класс, в имуществе - средний достаток, в нравах - умеренность и, как следствие, возникает самодостаточное государство, обеспечивающее благоденствие и счастье своим гражданам. Эта умеренность предотвращает государственные перевороты, ведет к стабильности. [5]
Именно политико-правовой характер налога, а не только финансовый заставлял государства реализовать идею справедливости в строительстве налоговых систем. [6]
Следует отметить, что постоянное существование проблемы справедливости и исторические изменения формы, в которых она ставится, говорят о том, что сама идея справедливости, из которой вытекает определение справедливой цены, подвержена изменениям, хотя ее ядро, состоящее из требований соблюдения человеческого достоинства и принципа каждому свое, во все эпохи остается неизменным. Достаточно очевидно, что проблема справедливости ценовой системы заключается в нахождении компромисса между справедливостью процессуальных правил, с одной стороны, и справедливостью конечных состояний распределения, с другой. [7]
Нитти считал идею единого налога неосуществимой, так как его введение не позволило бы реализовать принцип равномерности и всеобщности, который только и соответствует идее справедливости. [8]
Всегда, с ранней юности, говорит де Квинси, я ставил себе в заслугу, что умел непринужденно, тоге Socratico, беседовать со всеми людьми. Если идею справедливости допустимо мыслить more Platonico, то совершенно нелепо объяснять возможность концепта беспорядок какой-то идеа-цией беспорядка. [9]
Почему открытие вращения Земли можно ставить в один ряд с идеями человеческой справедливости, за которые передовые люди были способны отдать жизнь. [10]
Почему открытие вращения Земли можно ставить в один ряд с идеями человеческой справедливости, за которые передовые люди были способны отдать жизнь. [11]
Подоходный налог на Западе и в России ( 1924) отмечал, что понятие о налоговой справедливости принадлежит к числу наименее установившихся понятий. Дискуссионность проблем налоговой справедливости, по мнению ученых-финансистов, обусловлена крайней субъективностью идеи справедливости вообще, во-первых, а во-вторых, различным пониманием ее состоятельными и малоимущими слоями населения. [12]
Признание свободы, а не необходимости основным источником доверия к будущем) ставит перед человеком сложные проблемы. В нашем обществе последователи социализма, а также люди, свято верующие либо в Боса, либо в на к. Идеи справедливости, равенства, любви к своему народу, патриотизма, послушания Божьим заповедям и т.п. безусловно имеют высокую общественную ценность сами по себе, но они могут быть положены в основу политики насилия. [13]
Придя к выводу, что идеи справедливости, красоты, блага и прочие нравственно-эстетич. Сократ, а за ним и Платон уверовали в примат интеллектуального мира, мира идей и идеалов. Отправляясь от этой предпосылки, Платон развил идеалистич. [14]
Это объясняется прежде всего тем, как справедливо отмечают многие советские юристы, что, предлагая принципы международной охраны открытий, ЮНЕСКО исходила из теории естественного права. Естественное право рассматривается в буржуазной литературе как некая совокупность идеальных правовых норм, служащих идее справедливости и как бы вытекающих из естественного порядка вещей. Эта теория опровергается всем ходом развития буржуазного общества, так как всякого рода правовые нормы прежде всего выражают волю господствующего класса и общественные отношения получают правовое регулирование толь, ко в тех случаях, когда это выгодно господствующем ] классу. [15]