Cтраница 1
Сорин, ( 1893 - 1944) - член большевистской партии с 1917 года. [1]
Стуков и Сорин очень плакались по поводу того, что. Конечно, если выдумывать ошибки, то это будет вещь уже совсем плохая. [2]
Вот например Сорин говорит, что диктатура пролетариата есть диктатура нашей партии. Это положение, как видите, отождествляет диктатуру партии с диктатурой пролетариата. [3]
Редакционная комиссия предлагается в следующем составе: Бубнов, Вардин, Попов Н. Н., Сорин, Назаретян, Сафаров. [4]
Он уцепился за мою фразу о том, что, расширяя ЦК, мы должны ввести в его состав людей независимых. Сорин, независимых, а не самостоятельных. [5]
Сорина Командиры и комиссары в действующей армии ( см. Правда № 259 от 29 ноября 1918 г.) и А. Сорин, усматривавший в привлечении военных специалистов па командные должности поход против политики Коммунистической партии в армии, А. [6]
Успенский, Очерки переходного времени. Сорин: ] Посмотри, один и тот же сюртучишко он таскает три года, ходит без пальто. [7]
А там особенно хорошо доставалось некоторым товарищам, так называемым уклонистам. Вслед за этим вопрос был перенесен в Политбюро. Сталин в своей прекрасной речи, очень обоснованной речи, хочет найти. Сталин, если будете все время тащить за шиворот то в одну, то в другую сторону. Сорин в защиту русского языка, самостоятельных людей. [8]
Стуков и Сорин очень плакались по поводу того, что. Конечно, если выдумывать ошибки, то это будет вещь уже совсем плохая. Гоникман, то это будет совершенно неправильно. Он сказал почти целую речь на тему о том, что историческое явленно пе могло сложиться иначе, чем оно сложилось. Это вещь совершенно бесспорная и, конечно, нам из азбуки коммунизма, из азбуки исторического материализма и из азбуки марксизма всем знакомая. Семкова - есть ли это историческое явление или нет. Я утверждаю, что ото есть тоже историческое явление. Как раз то обстоятельство, что это историческое явление но могло сложиться иначе, чем оно сложилось, и доказывает, что тут нет пи выдумывания ошибок, ни неправильного желания или неправильного попущения тому, чтобы члены партии впали в уныние, в смущение и в подавленное настроение. Стуков и Сорин очень опасались, что это признание ошибки так или иначе, целиком или наполовину, прямо или косвенно все же было вредным, потому что распространяло уныние и возбуждало подавленное настроение. Своими примерами я именно и хотел показать, что суть дела вот в чем: имеет ли сейчас практическое значение признание ошибки, нужно ли сейчас что-нибудь изменить после того, что случилось и случилось неизбежно. [9]
Ведь обсуждать вопрос на собраниях 20 тысяч ячеек - это значит выносить вопрос на улицу. Что было бы с нами, если бы мы всю нашу предварительную работу по Генуэзской конференции вынесли предварительно на улицу. Следует помнить, что в условиях, когда мы окружены врагами, внезапный удар с нашей стороны, неожиданный маневр, быстрота решают все. Враги учли бы все минусы и плюсы, сорвали бы нашу кампанию, и мы уехали бы из Лозанны с позором. Что было бы с нами, если бы мы вопросы войны и мира, самые важные вопросы из всех важных вопросов, предварительно вынесли на улицу, ибо, повторяю, вынести вопросы на обсуждение 20 тысяч ячеек - это значит вынести вопросы на улицу. Ясно, товарищи, что как по организационным, так и по политическим соображениям так называемый демократизм Лутовинова есть фантазия, демократическая маниловщина. Он уцепился за мою фразу о том, что, расширяя ЦК, мы должны ввести в его состав людей независимых. Да, да, Сорин, независимых, а не самостоятельных. [10]