Cтраница 3
Сорос стремился по возможности дистанцироваться от всяких финансовых инструментов, производных от акций, долговых обязательств и сырьевых контрактов. Но именно с ними члены комиссии и желали разобраться. Сорос делал вид, будто и он, всеми признанный инвестор, с трудом понимает, что можно делать с подобными бумажками. Более того, он подчеркнул, что хедж-фонды не выпускают и не надписывают производные ценные бумаги. Они действуют в основном как покупатели. Поэтому они создают меньшую угрозу для финансовой системы, чем агрессивные хеджеры традиционных финансовых посредников. [31]
Сорос явно давал понять, что ничуть не возражает против нового регулирования конгрессом обращения производных ценных бумаг. [32]
Сорос одобрял регулирование поневоле, поэтому признал, что ряд коллег в его же фонде пытались уговорить его выступить против новых ограничений. Конгрессмену Брюсу Венто, демократу из штата Миннесота, спросившему его о недавних изменениях на финансовых рынках, Сорос ответил: Знаете, когда я готовился предстать перед комиссией, мы много говорили об этом. Я сказал прямо, что выпуск производных ценных бумаг, возможно, надлежит регулировать более жестко. Тогда мой партнер подчеркнул, что, к сожалению, подобное регулирование имеет и непредсказуемые последствия: законодатели прибегают к нему только в плохие време на; когда дела идут хорошо, они ничего не меняют. Иными словами, они хотят лишь избежать катастрофы. [33]
Сорос редко превышает этот уровень. [34]
Сорос снова появился на журнальной обложке. [35]
Сорос, как нередко бывало, думал совершенно иначе. [36]
Сорос не требовал возврата долга для уменьшения потерь личных средств. [37]
Сорос понимал, что все еще не пользуется должным уважением элиты. Байрон Вин признался: Ему трудно влиять на политические решения. Он выступает в прессе, но чувствует, что они по-прежнему не слушают меня. [38]
Сорос, конечно же, не давал советов по тем вопросам, в которых у него не было или почти не было опыта. Но по вопросам, известным ему досконально, он постоянно общался с политическими или экономическими лидерами и считал, что заслуживает того, чтобы они его выслушивали. Он считал, что Запад не проявляет должной заинтересованности в открытии закрытых обществ Востока. Если западные демократии в свое время правильно поняли и отреагировали на угрозу свободе со стороны фашизма и коммунизма, то в 90 - е годы, когда такой угрозы не стало, Запад, по мнению Сороса, пребывал в полном смятении. Мы даже не признаемся себе, что холодную войну должен заменить новый мировой порядок, - утверждал он в июле 1994 года. [39]
Сорос откровенен с читателем, он описывает свой путь от подростка, пережившего изгнание, до студента философии, от неудачника - торговца табаком до наиболее влиятельного и состоятельного инвестора. Он знакомит нас с людьми и событиями, способствовавшими формированию его характера, а также делится своими части весьма спорными взглядами. [40]
Сорос, в частности, выступает за реформирование институтов рынка. В Тезисах о глобализации он пишет: Глобальные рынки, в том числе глобальные финансовые рынки, являются общественным благом - курицей, несущей золотые яйца. Вместо разрушения институциональных механизмов, которые делают возможным существование глобальных рынков, мы должны придать равную обязывающую силу и эффективность институциональным механизмам достижения других общественных целей. [41]
Сорос заработал на этом падении порядка 1 млрд. долл. [42]
Сорос заработал свой миллиард. [43]
Сорос попытался предугадать будущее. Сейчас приписываемое мне влияние преувеличивают. [44]
Сорос, который, как утверждают, изучил в 1992 году экономический фундамент Великобритании и открыл, что фунт стерлингов переоценен. На это и была сделана ставка. Рабочая гипотеза сработала безотказно, щедро вознаградив ее пользователей. [45]