Cтраница 3
Пистоль-Цинн со своей вольницей, вооруженной теперь мушкетами. Пока Виллих после долгих поисков выбрал для орудий позицию, которая господствовала бы над долиной Мурга и позволяла бы со значительными преимуществами вести одновременно ружейную стрельбу, артиллеристы с пушками проскочили мимо, и ротный командир не смог их удержать. [31]
За несколько дней до этого Виллих получил в виде подкрепления к своему добровольческому отряду один батальон бойцов баденского народного ополчения, батальон Дреер-Обермюллера; около 50 человек из этого батальона он направил против Гермерсга ша, выдвинув их вперед к Бельгепму. [32]
Устроители собрания - Блан, Виллих и другие - скрыли от присутствовавших текст речи, которую Бланки сумел переслать па банкет из тюрьмы Бель-Иль. [33]
Из группы, составлявшей меньшинство, явились Виллих, Шаппер и Леман, Френкель не смог прийти. [34]
От имени Союза коммунистов его подписали Маркс, Энгельс п Виллих. Гарпп, от имени эмигрантов-бланкистов - Впдиль и Адан. [35]
Дуэль должна была состояться в Бельгии, на берегу моря и непременно на пистолетах. Шрамм до этого никогда не держал в руке пистолета; Виллих на расстоянии двадцати шагов попадал в червонного туза. [36]
В то время как основная масса отступающих направилась к Книлингенскому мосту, Виллих со своим отрядом ц батальоном Дреера двинулся в горы против пруссаков. [37]
Речь идет о книге Иоганны Кинкель Ганс Ибелес в Лондоне. В этой книге, как Маркс писал Энгельсу 14 февраля 1861 г., Виллих фигурирует под именем Вильдмана, г-жа фон Брюнинг изображена как Платония, а Кинкель - в образе Дон-Жуана. [38]
Весною и летом 1852 г. трения между ними усилились, особенно ввиду того, что Виллих был по-прежнему заодно с Кинкелем, а возвращение последнего из Америки вновь разожгло обычные эмигрантские ссоры. Кинкелю не удалось собрать 20 000 талеров, которые должны были послужить основой для революционного национального займа. Он собрал лишь около половины этой суммы, и демократы-эмигранты не только ломали себе головы, но и расшибали их друг другу, обсуждая вопрос, как использовать эти деньги. Наконец, решено было вложить 1000 фунтов - остальное ушло на путевые издержки и иные расходы - в вестминстерский банк как фонд для первого временного правительства. [39]
Америке необходимые средства на осуществление европейской революции и, само собой разумеется, на создание в мгновение ока ряда различных республик. Кого же может удивить то, что на эту удочку попался такой человек, как Виллих, что и Шаппер, охваченный старым революционным пылом, дал себя одурачить и что состоявшее главным образом из эмигрантов большинство лондонских рабочих последовало за ними в лагерь буржуазно-демократических делателей революции. [40]
Когда известия о приближении неприятеля стали поступать все чаще, бойцы Шпммельпфеннига начали баррикадировать проход в ущелье; Виллих приехал, осмотрел позицию, отдал приказ занять высоты и велел убрать совершенно бесполезную баррикаду. После этого он ускакал обратно в Лнвейлер за своим отрядом. [41]
Когда кончилась эпоха революций 1848 - 1849 гг., Маркс восстал против всякой игры в революцию ( Шаппер - Виллих и борьба с ними), требуя уменья работать в эпоху новой полосы, готовящей якобы мирно новые революции. Пока демократическая ( буржуазная) революция в Германии была не закончена, все внимание в тактике социалистического пролетариата Маркс устремлял на развитие демократической энергии крестьянства. Лассаля он считал совершающим объективно измену рабочему движению на пользу Пруссии ( III, 210), между прочим, именно потому, что Лассаль мирволил помещикам и прусскому национализму. [42]
В состав нового ЦК вошли: Маркс - в качестве председателя, Шаппер - в качестве секретаря, Энгельс, Виллих В. [43]
Энгельс рисует офицерский корпус, за немногими исключениями, как негодный и неспособный. К этим исключениям относились - Техов, тот самый, который, будучи прусским поручиком, во время штурма берлинского цейхгауза вместе со своим товарищем передал цейхгауз народу, был приговорен к пятнадцати годам крепости и бежал из Магдебурга, а также Виллих, который со своим небольшим добровольческим отрядом вел наблюдение за крепостями Ландау и Гермерсгейм, а затем руководил осадой этих крепостей. [44]
Они не могут дать себе отчета в ходе истории, они не хотят понять, что форма движения изменилась. Отсюда игра в тайные заговоры и революции, одинаково компрометирующая как их самих, так и то дело, которому они служат; отсюда и промахи Шаппера и Виллиха. Виллих доказал в северо-американской гражданской войне, что он представляет собою нечто большее, чем фантазера, а Шаппер, всю жизнь бывший передовым борцом рабочего движения, понял и признал вскоре после окончания кельнского процесса свое минутное заблуждение. [45]