Cтраница 1
Вульгарный социологизм) заключалась в том, что она пыталась механически переносить на художеств, область отношения и понятия, складывающиеся непосредственно в общест-венно-политич. Толстом как зеркале русской революции, В. И. Ленин указывал: и если перед нами действительно великий художник, то некоторые хотя бы из существенных сторон революции он должен был отразить в своих произведениях ( Соч. [1]
Еще не были изжиты последствия вульгарного социологизма, как в литературной критике конца 30 - х годов возникла теория бесконфликтности. [2]
Ленин подверг острой и глубокой критике вульгарный социологизм Богданова и Шулятикова, усматривающих в каждой филос. Богданова и Шулятикова выступал также Плеханов. Конкретное же содержание той или иной филос. Кроме того, философия опирается на свою собств. [3]
Одной из методологических ошибок, возникших при изучении раннегреческой философии, является вульгарный социологизм, проявившийся во взглядах Дж. В изображении Томсона философия предстает как проекция на духовную сферу возникших в древнегреческом обществе товарно-денежных отношений. Например, категория субстанции объясняется им как проекция меновой формы стоимости. В действительности философия не может быть сведена к социально-экономическим отношениям, которые всего лишь накладывают относительный отпечаток на некоторые ее черты. Адекватное понимание раннегреческой философии возможно лишь при подходе к ней как к самостоятельному и самоценному явлению. [4]
Участники конгресса подчеркнули, что признание социальной сущности человека, вопреки мнению вульгарного социологизма, отнюдь не требует растворения индивидуального бытия во всеобщей социальной целостности, превращения общественных отношений в какую-то самостоятельную реальность в том смысле, что она существует якобы помимо индивидуальной деятельности людей и над ней. В действительности же вся индивидуальная жизнедеятельность всех людей данного общества и составляет фундаментальное, первичное содержание общественных отношений. Другое дело, что результаты этих действий, развертывающаяся при этом цепочка событий выходят из-под контроля индивидов, а зачастую и общества в целом. [5]
Башкирское литературоведение первой половины 30 - х годов во многом основывалось на принципах вульгарного социологизма. Разумеется, это еще не означает, что критике этого периода свойственны лишь одни ошибки. [6]
Ведь он, товарищи, был объявлен главой антимарксистской школы в исторической науке, и все его труды подвергались беспощадной критике как проявление вульгарного социологизма, экономического материализма и буржуазной историографии. [7]
В то же время, как справедливо отмечалось на конгрессе, шестой тезис Маркса о Фейербахе нельзя абсолютизировать, ибо в таком случае неизбежен откат к вульгарному социологизму, к игнорированию того внесоциального, что тоже характеризует природу человека. И тогда становится ясно, что, отражая совокупность общественных отношений, сущность человека отнюдь не сводится к этому отражению. Нельзя игнорировать антропологическое ( биологическое и психическое) в этой сущности, в том числе этнопсихическое. [8]
С диалектико-материалистических позиций он выступает как историк литературы ( работы о рус. Культура на Западе и у нас, 1928; Классовая борьба в искусстве, 1929; Ленин и литературоведение, 1932, и др.), как театральный и музыкальный критик. Особое внимание в это время он уделяет всестороннему освещению имеющих важное значение для теории искусства и художественного творчества проблем: ленинское идейное наследство и научная эстетика, партийное руководство искусством, задачи марксистской критики, социалистический реализм, связь пролетарского искусства с классическим наследством, борьба с буржуазным модернизмом, вульгарным социологизмом в искусствознании. [9]
С диалектико-материалистических позиций он выступает как историк литературы ( работы о рус. Культура на Западе и у нас, 1928; Классовая борьба в искусстве, 1929; Ленин и литературоведение, 1932, и др.), как театральный и музыкальный критик. Особое внимание в это время он уделяет всестороннему освещению имеющих важное значение для теории искусства и художественного творчества проблем: ленинское идейное наследство и научная эстетика, партийное руководство искусством, задачи марксистской критики, социалистический реализм, связь пролетарского искусства с классическим наследством, борьба с буржуазным модернизмом, вульгарным социологизмом в искусствознании. [10]
Утилитарные тенденции критической мысли 30 - х годов нашли практическое воплощение в творчестве отдельных писателей. Ямалиев и другие критики видели в лице писателя А. Тагирова, например, выразителя своих теоретических положений. Некритическое отношение к требованиям вульгарного социологизма, в свою очередь, сковывало творческие возможности А, Тагирова. Бесспорно, такой своеобразный литературный симбиоз не мог принести пользы ни А. Поэтому вполне уместны слова упрека, сказанные С. Агишем в адрес литературной критики 30 - х годов: Афзалу Тагирову в свое время критика не смогла помочь... Некоторые критики-рапповцы, как известно, призывали к демьянизации всей советской поэзии. [11]
С диалектике-материалистических позиций он выступает как историк литературы ( работы о рус. Классовая борьба в искусстве, 1929; Ленин и литературоведение, 1932, и др.), как театральный и музыкальный критик. Особое внимание в это время он уделяет всестороннему освещению имеющих важное значение для теории искусства и художественного творчества проблем: ленинское идейное наследство и научная эстетика, культурная революция, партийное руководство искусством, задачи марксистской критики, социалистический реализм, связь пролетарского искусства с классическим наследством, борьба с буржуазным модернизмом, вульгарным социологизмом в искусствознании. [12]