Cтраница 2
В действительности существует и другой - оптимистический ( для периферии и человечества) вариант. Возникает союз России, Китая и Индии, становящийся ядром, вокруг которого объединяются если не все, то большинство стран периферии. Возникает своеобразная организация периферийных наций и военный союз, имеющий целью оградить периферийные страны от угроз и агрессии Запада. Тем самым сокращается, а затем и исчезает почва, которая питает исламизм и глобальный террор. Объединившись, периферия добивается ликвидации экономической и политической зависимости от Запада и тем самым перестает быть периферией. Рушится глобальное классовое общество. Вновь, как это было до крушения СССР, возникает вторая мировая система, второй центр, возникает сила, способная дать отпор всем притязаниям Запада. [16]
Союзы и ассоциации страховщиков находятся в настоящее время в стадии становления. В структурах Конгресса деловых кругов действует Российский союз страховщиков. Создан также Страховой союз России. [17]
Союзы и ассоциации страховщиков находятся в настоящее время в стадии становления. В структурах Конгресса Российских деловых кругов действует Российский союз страховщиков. Создан также Страховой союз России. [18]
Фактически после августа 1998 г. политика РФ по отношению к странам ближнего зарубежья сводится к цивилизованному отступлению. Об этом свидетельствует, например регионализация СНГ. Под внешне единым зонтиком Содружества и его структур, как бы прикрывающим нынешний пейзаж постсоветского пространства, отчетливо выделяется ряд разнообразных межгосударственных союзов. Это союз России и Белоруссии, постепенно приближающийся к федеративному образованию; затем Таможенный союз пяти, где помимо двух славянских партнеров присутствуют еще три среднеазиатские республики, и собственно пятерка стран Центральноазиатского союза. Грузия, Азербайджан и Узбекистан в середине 1999 г. фактически вышли из состава участников Ташкентского Договора о коллективной безопасности. Ныне лидеры этих государств связывают обеспечение территориальной целостности и независимости своих стран уже не с Москвой, а с Вашингтоном и военными структурами НАТО. Иначе говоря, от того, насколько последовательно Россия будет проводить политику сохранения своих национальных интересов rta постсоветском пространстве, будет зависеть и вся дальнейшая судьба СНГ. С другой стороны, и судьба России будет зависеть от того, какая модель налаживания экономического, политического и военного сотрудничества в развитии Содружества будет принята за основу. [19]
Разделы польско-литовской Речи Пос-политой. Вступив на престол во время продолжавшейся еще Се-ми етней войны ( закончившейся Губертсбургским миром в 176 г.), Екатерина объявила о своем нейтралитете в войне между Австрией и Пруссией, подтвердив м ирный договор, за-ключенный Петром III с Фридрихом Прусским. Первые годы царствования Екатерины были заняты переговорами об осу-щейгв Аении Северного аккорда - - утопического проекта Панина о союзе России с протестантскими странами - Пруссией, Англией, Швецией, Данией и Саксонией ( и с Польшей) против южных, католических держав: Австрии, Франции и Испании. Однако вскоре Екатерине пришлось заняться более важными и актуальными вопросами, связанными с реальными интересами России на ее западных и южных границах, именно вопросами польским и турецким. [20]
В Полтавском генеральном сражении, которое состоялось 27 июня 1709 г., русская армия ( 42 тыс. человек и 72 орудия), руководимая Петром I, полностью разгромила шведские войска: свыше 9 тыс. шведов погибло на поле брани и более 2 5 тыс. пленено. Днепр было захвачено еще более 15 тыс. человек, только 2 тыс. шведов с королем и Мазепой бежали в пределы Турции. Основная часть сухопутных шведских сил, таким образом, перестала существовать, а сама Швеция была сокрушена как великая держава. Россия заняла важнейшие порты баптийского побережья - Ригу, Пернов и Ревель - и приобрела надежный выход к Балтике. В 1714 - 1715 гг. были заключены союзы России с Пруссией и Ганновером - антишведская коалиция тем самым была серьезно укреплена. [21]
Рязанов говорит о добровольчестве, то как будто убедительно он при этом потряс даже всем своим знанием западноевропейского и американского опыта. Я докажу ему, что он ошибается, на основании моего прошлого, которое он хвалил. Рязанов говорит, что мы всегда по отношению к рабочим, не входившим в профессиональные союзы, держались этого мнения: тот, кто не входит - штрейкбрехер. Брошюрка называется: Принципы организационного строительства профессиональных союзов. В ней сказано: Сохраняя в своих уставах пункт, гласящий об интересах своих членов, союзы России на практике ( были и обратные явления, но преимущественно в союзах, построенных по цеховым принципам) являлись защитниками интересов всех рабочих. Все достигнутые завоевания распространялись и распространяются союзами в общем для всех рабочих масштабе. Экономические стачки в России, поражающие своим размахом и солидарностью, могли проходить так лишь при том обстоятельстве, что стачечная помощь, организуемая союзами, распределялась не только между членами, но и между всеми рабочими. [22]
С апреля того же года возникают Народные фронты - первые независимые организации, носившие массовый характер. Ультралиберальное направление было представлено Демсоюзом, выступающим за резкую и безоговорочную смену модели общественного развития. К этому же крылу можно было отнести Российское христианско-демократическое движение, Христианско-демократический союз России, Христианско-демократическую партию России и другие. [23]
Петербурге были подписаны три конвенции с Англией - об Иране, Афганистане и Тибете. По второй конвенции Афганистан был признан сферой влияния Англии. Согласно конвенции по Тибету обе стороны обязались уважать его территориальную целостность, не добиваться на его территории учреждения концессий и не домогаться особых привилегий. Эти соглашения о разделе сфер влияния на Востоке по сути дела знаменовали заключение союза России с Англией, который завершил оформление блока стран Тройственного согласия ( Антанты) - Франции, Англии и России. [24]
Международные события, - говорил он в феврале 1999 г. на десятой сессии Парламентского Собрания Союза Беларуси и России, - показывают все более явную однополюсность мира. Соединенные Штаты Америки заняли гегемонистскую позицию, присвоили право подменять международные организация. Слабые страны в противостоянии с ними в одиночку не выживут. Трагедия Югославии, бомбардировки некоторых других стран доказывают, что с одиночками, с государствами, ослабленными внутренними раздорами, не пользующимися мощной поддержкой союзников, никто не считается. В этой ситуаций Союз Беларуси и России мог бы и должен стать тем ядром, вокруг которого сформировался бы мощный цивилизационный центр на нашей планете. Центр экономически независимый, с высоким уровнем самодостаточности. Способный эффективно решать не только экономические, но и политические вопросы. Союз Беларуси и России должен стать реальным противовесом сложившемуся ныне однополярному миру, мощным двигателем в прорыве агрессивного, трансатлантического монополизма, интеграционным ядром нового единения государств. В последующих своих выступлениях и интервью белорусский лидер поставил вопрос о необходимости создания военно-политического союза России, Белоруссии, Китая, Индии, Ирана и других стран, который стал бы противовесом США и НАТО. [25]