Cтраница 1
Централизованная государственная власть, свойственная буржуазному обществу, возникла в эпоху падения абсолютизма. Два учреждения наиболее характерны для этой государственной машины: чиновничество и постоянная армия. О том, как тысячи нитей связывают эти учреждения именно с буржуазией, говорится неоднократно в сочинениях Маркса и Энгельса. Опыт казкдого рабочего поясняет эту связь с чрезвычайной наглядностью и внушительностью. [1]
Партии КОНСЕРВАТИВНОГО крыла ратуют за сильную централизованную государственную власть, значительную степень государственного контроля над свободами граждан, поддерживают сосредоточение власти в руках незначительных по численности групп. [2]
В Европе горное законодательство строилось на принципах континентального права и имеет, пожалуй, самые старые традиции. Постепенно, по мере усиления централизованной государственной власти, а это были практически исключительно монархии, они стали присваивать себе привилегию на получение части дохода от разработки месторождений полезных ископаемых. Позднее в ряде стран недра, а точнее, полезные ископаемые, были провозглашены принадлежностью короны, которая присваивала себе права недропользования, включая предоставление недр в пользование, распоряжение добытыми полезными ископаемыми, взимание специальных налогов и сборов, лишение права пользования и т.п. Такой комплекс прав получил название горные регалии, как один из отличительных признаков королевского достоинства наряду с такими королевскими регалиями, как корона, держава и скипетр. [3]
Мятеж, прервав начавшийся естественный процесс замеиы Советов как временных чрезвычайных органов, рожденных Февралем, на постоянные, демократические, создающие пирамиду централизованной государственной власти, вдохнул в Советы новую жизнь, при этом еще больше политизировав, открыто противопоставив другим органам управления, превратив в инструмент их слома. [4]
Сюда же относится, по нашему мнению, и вопрос о терроре: обсуждение этого вопроса - и, конечно, обсуждение не с принципиальной, а с тактической стороны - непременно должны поднять социал-демократы, ибо рост движения сам собой, стихийно приводит к учащающимся случаям убийства шпионов, к усилению страстного возмущения в рядах рабочих и социалистов, которые видят, что все большая и большая часть их товарищей замучивается насмерть в одиночных тюрьмах и в местах ссылки. Чтобы не оставлять места недомолвкам, оговоримся теперь же, что, по нашему лично мнению, террор является в настоящее время нецелесообразным средством борьбы, что партия ( как партия) должна отвергнуть его ( впредь до изменения условий, которое могло бы вызвать и перемену тактики) и сосредоточить все свои силы на укреплении организации и правильной доставки литературы. Что касается до вопроса о прямом народном законодательстве, то нам кажется, что вносить его в программу в настоящее время вовсе не следует. Принципиально связывать победу социализма с заменой парламентаризма прямым народным законодательством - нельзя. Известную пользу народного законодательства Каутский признает ( на основании исторического и политического анализа) при следующих условиях: 1) отсутствие противоположности между городом и деревней или перевес городов; 2) существование высокоразвитых политических партий; 3) отсутствие чрезмерно централизованной государственной власти, самостоятельно противостоящей народному представительству. В России мы видим совершенно противоположные условия, и опасность вырождения народного законодательства в империалистический плебисцит была бы у нас особенно сильна. [5]