Cтраница 1
Принудительная власть, которую мы ему приписываем, даже столь мало отражает в себе целостность социального факта, что он может в равной мере содержать в себе и противоположный признак. Институты навязываются нам, но вместе с тем мы и дорожим ими; они обязывают нас, а мы любим их; они принуждают нас, а мы находим выгоду в их функционировании и в самом этом принуждении. Это та самая часто отмечавшаяся моралистами антитеза между понятиями блага и долга, которые выражают две различные, но одинаково реальные стороны нравственной жизни. Не существует, вероятно, коллективных обычаев, которые бы не оказывали на нас этого двойственного воздействия, впрочем противоречивого лишь внешне. Мы не определяли их этой особой привязанностью, одновременно корыстной и бескорыстной, просто потому, что она не проявляется во внешних, легко воспринимаемых признаках. Благо содержит в себе нечто более внутреннее, более интимное, чем долг, и, следовательно, менее уловимое. [1]
Сила принудительной власти заключается в способности менеджера по реализации наказывать тех, кто сопротивляется или выступает против выполнения плана. Основные организационные перемены в компании часто сопровождаются сокращением штата. Это может быть вызвано необходимостью сокращения затрат и одновременно служить предупреждением тем, на кого сокращение непосредственно не влияет, что противники перемен могут быть уволены в следующий раз. Проблема при использовании принудительной власти состоит в том, что, в лучшем случае, от сотрудников можно добиться согласия, но не приверженности плану. [2]
Пользование светской принудительной властью является столь же существенной для этой церкви чертой, как и проповедование Евангелия. Ее слова Christus vincit, Christus regnat, Christus triumphal имеют политическое значение: земное царствование Христа сводится здесь к господству его церкви, управляемой Римом, и это господство осуществляется через посредство правовых учреждений и силы, т.е. тех же средств, которыми пользуются государства. Право на существование может быть здесь признано только за таким благочестием, которое прежде всего подчинится этой папской церкви, добьется ее одобрения и будет оставаться в постоянной зависимости от нее. Вера, любовь, все другие добродетели, даже мученичество не имеют вне церкви никакой цены. Это естественно: ведь всякое государство ценит лишь те услуги, какие оказываются ему самому. Данное же государство отождествляет себя с небесным царством; во всем остальном оно поступает так же, как и остальные государства. [3]
Как и земства, городские думы не имели принудительной власти и для исполнения своих постановлений обязаны были прибегать к помощи полиции, им не подчиненной. [4]
Указанные выше законодательные акты проводятся в жизнь Администрацией по котролю над здоровьем и техникой безопасности на предприятиях, над которыми они имеют принудительную власть. [5]
Мы в данном случае считаем решающим для понятия права ( которое для других целей может быть определено совершенно иным образом) наличие специальной группы принуждения. Как известно, международное право часто не признавалось правом, ввиду того что оно не гарантировано наличием надгосударственной принудительной власти. Для приятой здесь ( из соображений целесообразности) терминологии порядок, гарантированный извне только ожиданием порицания и репрессий - следовательно, конвенционально и констелляцией интересов, - где отсутствует группа людей, действия которых специально направлены на его сохранение, не может быть определен как право. Вполне вероятно, что в рамках юридической терминологии определение это может быть противоположным. [6]
Итак, мы можем точно представить себе область социологии. Она охватывает лишь определенную группу явлений. Социальный факт узнается лишь по той внешней принудительной власти, которую он имеет или способен иметь над индивидами. [7]
Сила принудительной власти заключается в способности менеджера по реализации наказывать тех, кто сопротивляется или выступает против выполнения плана. Основные организационные перемены в компании часто сопровождаются сокращением штата. Это может быть вызвано необходимостью сокращения затрат и одновременно служить предупреждением тем, на кого сокращение непосредственно не влияет, что противники перемен могут быть уволены в следующий раз. Проблема при использовании принудительной власти состоит в том, что, в лучшем случае, от сотрудников можно добиться согласия, но не приверженности плану. [8]
Изложенное не исчерпывает ни всего богатства экспериментальных работ, ни многообразия теоретических подходов. По другой классификации, в зависимости от средства воздействия влияния различаются на три категории: физические, экономические и символические. Кнут или пряник - средства физические в том смысле, что они воздействуют непосредственно на тело. Такой контроль ассоциируется с принудительной властью. Экономические средства контроля - питание и одежда, товары и услуги - соотносятся с утилитарной властью. Символы, которые не содержат ни физической угрозы, ни экономического поощрения - знаки престижа, уважения, сочувствия и любви, относятся к третьей категории. Таким контролем пользуется нормативная или нормативно-социальная власть. [9]
В основе всех приведенных определений лежит представление о договорном происхождении государства. Во-первых, здесь нет той добровольности и того свободного соглашения, которые имеют место во всякой купле-продаже, так что уплата налога ничем не похожа на уплату денег за купленный на рынке товар. Налоги собираются не на основании соглашения, а в силу принудительной власти государства. При этом нельзя установить какого бы то ни было равенства между суммой налога, уплачиваемой лицом, и той пользой, какую оно получает от деятельности государства. Наконец, услуги государства так неопределенны по отношению к отдельным лицам, что они никак не могут получить выражение меновой ценности. Поэтому определить выгоды, оценить услуги, доставляемые государством индивидууму, крайне трудно. Соглашаясь с этим, сторонники теории налога как обмена услуг могли утверждать, что существует коллективный обмен, что общая сумма услуг государства гражданам равна сумме их пожертвований. [10]