Cтраница 2
Анализ практики применения ЭВМ в управлении предприятием показывает, что современные машины страдают недостатком в большей степени из-за ограниченной емкости оперативной памяти, чем от сравнительно малого быстродействия процессора. Безусловно, не соответствующей требованиям следует признать емкость оперативной памяти на 8192 слова, увеличение ее в 2 - 4 раза также не решает проблему в условиях обработки больших массивов экономической информации. Установление оптимального размера оперативной памяти ЭВМ для решения задач управления является целью самостоятельного исследования, сопряженного с анализом многих факторов функционального, технологического, стоимостного порядка. Вместе с тем следует подчеркнуть, что процедуры упорядочения информации, поиска необходимых данных, корректировки постоянных массивов; интегрированная обработка по алгоритмам большой связности, характерным для управленческих задач; стремление вести управление в реальном масштабе времени - все, вместе взятое, требует вести счет оперативной памяти не в тысячах и десятках тысяч, а по меньшей мере в сотнях тысяч слов. Поскольку время выборки информации из памяти растет с увеличением самой памяти, мы вновь возвращаемся к проблеме быстродействия процессора. [16]
Второй важный аспект кальвинизма - идея предопределения, в соответствии с которой только определенные индивиды будут среди избранных - вступят в царство небесное после смерти. В оригинальной доктрине Кальвина ни один человек, живущий на земле, не может определить, посчастливится ли ему быть одним из избранных, - это известно только Богу. Однако это положение вызывало такое беспокойство среди последователей, что было модифицировано, чтобы позволить верующим распознать некоторые знаки свыше о своем избрании. Тем не менее, он сопровождался стремлением вести скромную и экономную жизнь, как и подобает верующему. [17]
Профессора английских университетов считают дурным тоном походить на профессиональных ученых. Они держат себя как любители и делают вид, что трудная и кропотливая научно-исследовательская работа их не занимает. Все, конечно, понимают, что это не более чем поза. Да и не нужно особой наблюдательности, чтобы заметить, с каким волнением все эти джентльмены, добровольно надевшие маску невозмутимости, относятся к новым идеям и с каким живейшим удовольствием их обсуждают. Истинно гарвардский профессор действительно считает дурным тоном слишком много говорить и слишком много размышлять о науке. Стремление вести себя по-джентльменски требует от него такой затраты энергии, что ни на что другое у него уже просто не хватает сил. [18]