Cтраница 4
Крупная заслуга Гербарта состоит в том, что он понял этот слабый пункт ассоциационной психологии и попытался восполнить его. Он убежден, что закономерность душевной жизни совершенно одинакова с закономерностью звездного неба, дело только в том, чтобы найти правильные предпосылки для ее понимания. При этом Гербарт так же, не высказывая того, руководствуется физическими аналогиями. Представления он рассматривает, как отталкивающиеся друг от друга образования и как эластические тела, которые под влиянием попеременного давления с различных сторон сжимаются и уменьшаются в нем, но никогда совершенно не исчезают. Раз появилось одновременно несколько представлений, то вследствие единства души, в которой они вынуждены находиться вместе, и благодаря существующей между ними противоположности, они становятся по отношению друг к другу противоположными силами. Однако они не исчезают совсем и, поскольку па них действуют подавляющим образом другие представления, превращают в стремления к представлениям; как скоро сопротивление уменьшается, они снова появляются в поле ясного сознания из своего вынужденного состояния затмения. Далее Гербарт вводит еще несколько простых предположений относительно силы только что описанных подавляющих влияний, и таким образом находит, что достаточно уже двух представлений, чтобы вытеснить из сознания третье; отсюда с чувством радостного удовлетворения он получает с помощью простого механизма объяснение для наиболее общего из всех психологических чудес, а именно для того обстоятельства, что из всех наших знаний, мыслей, желаний нас занимает в каждый данный момент несравненно меньшая часть, по сравнению с той, какая могла бы дойти до нашего сознания, причем, однако, не занимающее нас в данный момент не пропадает для нас совершенно - одним словом, для явлений внимания. При этом Гербарт не забывает также принять в число своих предположений и ассоциативный принцип в соответственно измененном виде; располагая же такими двумя средствами объяснения, как подавление и ассоциация, он мог с особенной силой и успехом одновременно вести борьбу с только классифицирующей и гипостазирующей психологией способностей. Все обыкновенно равноправные проявления души, даже чувство и желание, он берется объяснить исключительно как различные результаты механики представлений. [46]