Cтраница 1
Христианский теолог должен выступать осторожно ( Бру-по Бауэр. [1]
Христианский теолог должен выступать осторожно ( Бруно Бауэр. Как же случилось, что осторожная критика все-таки запуталась и не высказала уже тогда отчетливо и внятно своего настоящего мнения. [2]
Христианский теолог Блаженный Августин ( 354 - 430 гг.) в трактате О граде божьем, созданном под впечатлением взятия Рима ордами Алариха в 410 г., усматривал два противоположных вида организации человеческих общностей: Град земной - государственная организация, основанная на любви к себе, доведенной до презрения к Богу, и Град божий - организация, основанная на духовной общности, любви к Богу, доведенной до презрения к себе. [3]
Христианский теолог ( и эколог) Кальвин де Виттутверждает, что наша современная потребительская философия переворачивает духовные учения с ног на голову: Больше потребляй - и станешь счастливым. [4]
Аврелий АВГУСТИН Блаженный ( 354 - 430) - христианский теолог и церковный деятель. [5]
Августин Блаженный ( Augustinus Sanctus), Аврелий ( 354 - 430) - христианский теолог и церковный деятель. [6]
Концепции первородного греха нет ни в Танахе, ни в канонических евангелиях; она была выведена христианскими теологами на основе двусмысленных еретических измышлений Павла. [7]
В этой ситуации получает распространение экуменическая теология, ориентированная на диалог с другими религиями и мировоззренческими системами, на контекстуализацию христианства. Проблема контекстуализации особенно важна для христианских теологов в странах Азии, Африки, Латинской Америки, богословие которых часто определяется как контекстуальная теология. На периферии индустриального мира острее и сложнее социальные противоречия, сталкиваются ультрасовременные и крайне архаичные социальные и культурные пласты. Усилия теологов этих стран направлены на эку-менизацию и контекстуализацию христианства, на отыскание синтеза представлений, выработанных в христианстве, исламе, индуизме, буддизме и других религиях. [8]
Согласно христианской этике, идея высшего добра, sumrnum bonurn, воплощена в боге. Камнем преткновения для христианских теологов являлась невозможность совместить наличие зла в мире с легендой о том, что мир якобы создан и направляется всемогущим и всеблагим существом - богом. Это противоречие задолго до возникновения христианства было отмечено уже в древности. [9]
Христианские мыслители византийского периода были людьми с высшим эллинистическим образованием, полученным в лучших школах Малой Азии, Сирии, Афин и Константинополя. Все достижения античности в области воспитания им были известны и в теории, и на практике. В то же время они продолжили линию педагогической мысли Климента Александрийского, Оригена и других христианских мыслителей римской эпохи. Самыми известными христианскими теологами на Востоке того времени были Григорий Назианский ( Григорий Богослов, ок. [10]
В настоящее время значение танатологии и эсхатологии в религиозном мировоззрении повышается настолько, что многие богословы специально разрабатывают теологию смерти, эсхатологическое доказательство бытия Бога. Они переосмысливают традиционную эсхатологию, доктрину о бессмертной душе и о смерти как разделении этой сущности с телом. Традиционное учение заменяется концепцией перехода целостного человека в запредельное состояние, которое для посюстороннего наблюдателя представляется уничтожением и небытием. В то же время некоторые христианские теологи готовы принять восточные учения о перевоплощениях душ. Большое распространение получают спиритические учения о загробных мирах и возможностях контакта живых людей с душами умерших. [11]
Знакомство с философией средневековья показывает, с одной стороны, культурную преемственность эпох ( античности и рассматриваемого периода истории), с другой стороны, их различие, качественно новое состояние средневекового философствования. Английский историк философии Ф. Ч. Коплстон, тщательно проанализировавший труды большого числа философов средних веков, пишет следующее: Невзирая на то, в чем некоторые люди увидели бы неудачные метафизические экскурсы, средневековые философы в определенных отношениях были несомненно трезвыми мыслителями, склонными с логическому рассуждению и уверенными, что мы способны познавать реальный мир и что мы не замкнуты в круге своих собственных идей. Правда, некоторые исследователи усматривают в средневековой философии отсутствие жгучего интереса к вопросам, касающимся смысла жизни и человеческой судьбы. Однако необходимо помнить, что в средние века люди исками ответа на подобные вопросы не в философии... Когда философия стала на собственные ноги, по крайней мере некоторые философы должны были, естественно, обратить свой взор на те вопросы, на которые ранее давался ответ в рамках теологии... Тщетно было бы ожидать, что христианские теологи - такие, как Аквинат, Скот и Оккам, - обратятся к философии в поисках ответов на вопросы, на которые, как они были уверены, можно ответить только в сфере откровения и теологии. [12]