Cтраница 3
Все учение Дарвина о борьбе за существование является просто-напросто перенесением из общества в область живой природы учения Гоббса о bellum omnium contra omnes265 и учения буржуазных экономистов о конкуренции, а также мальтусовской теории народонаселения. Проделав этот фокус ( безусловная правомерность которого - в особенности, что касается мальтусовского учения - еще очень спорна), очень легко потом опять перенести эти учения из истории природы обратно в историю общества; и весьма наивно было бы утверждать, будто тем самым эти утверждения доказаны в качестве вечных естественных законов общества. [31]
Все учение Дарвина о борьбе за существование является просто-напросто перенесением из общества в область живой природы учения Гоббса 6 bellum omnium contra omnes26S и учения буржуазных экономистов о конкуренции, а также мальтусовской теории народонаселения. Проделав этот фокус ( безусловная правомерность которого - в особенности, что касается мальтусовского учения - еще очень спорна), очень легко потом опять перенести эти учения из истории природы обратно в историю общества; и весьма наивно было бы утверждать, будто тем самым эти утверждения доказаны в качестве вечных естественных законов общества. [32]
Все учение Дарвина о борьбе за существование является просто-напросто перенесением из общества в область живой природы учения Гоббса о bellum omnium contra omries265 и учения буржуазных экономистов о конкуренции, а также мальтусовской теории народонаселения. Проделав этот фокус ( безусловная правомерность которого - в особенности, что касается мальтусовского учения - еще очень спорна), очень легко потом опять перенести эти учения из истории природы обратно в историю общества; и весьма наивно было бы утверждать, будто тем самым эти утверждения доказаны в качестве вечных естественных законов общества. [33]
Все учение Дарвина о борьбе за существование является просто-напросто перенесением из общества в область живой природы учения Гоббса о helium omnium contra omnes551 и учения буржуазных экономистов о конкуренции, а также мальтусовской теории народонаселения. Проделав этот фокус ( безусловная правомерность которого - в особенности, что касается мальтусовского учения - еще очень спорна), очень легко потом опять перенести эти учения из истории природы обратно в историю общества; и весьма наивно было бы утверждать, будто тем самым эти утверждения доказаны в качестве вечных естественных законов общества. [34]
Все учение Дарвина о борьбе за существование является просто-напросто перенесением из общества в область живой природы учения Гоббса о bell urn omnium contra о nines 537 и учения буржуазных экономистов о конкуренции, наряду с мальтусовской теорией народонаселения. Проделав этот фокус ( безусловную правомерность которого я оспариваю, как ужо было указано в 1 - м пункте, в особенности в отношении мальтусовской теории), опять переносят эти же самые теории из органической природы в историю и затем утверждают, будто доказано, что они имеют силу вечных законов человеческого общества. Наивность этой процедуры бросается в глаза, на это не стоит тратить слов. [35]
Оспаривал мальтузианскую теорию народонаселения, утверждая, что с повышением жизненного уровня вступают в действие автоматические ограничители роста народонаселения. Известен как создатель теории воздержания, под которым понимал жертву потребления ради создания нового капитала. Слуцкий Евгений Евгеньевич ( 1880 - 1948), советский экономист, математик и статистик. [36]
Оспаривал мальтузианскую теорию народонаселения, утверждая, что с повышением жизненного уровня вступают в действие автоматические ограничители роста народонаселения. [37]
Считал, что заработная плата рабочих естественным образом определяется стоимостью средств существования. Опираясь на теорию народонаселения Мальтуса, полагал, что величина заработной платы удерживается и пределах физич. [38]
Рикардо, как и Смит, считал, что заработная плата есть цена труда. Рикардо связал террию заработной платы с теорией народонаселения Мальтуса: он считал, что заработная плата стремится к физическому минимуму средств существования вследствие естественного закона народонаселения. На этом покоится его закон постоянства заработной платы. [39]
В этом отношении Манифесту можно поставить в упрек лишь то, что он недостаточно освободился от взглядов буржуазной теории обнищания. Манифест исходил еще из закона заработной платы, каким его развивал Рикардо по мальтусовской теории народонаселения, и поэтому относился слишком пренебрежительно к борьбе за заработную плату и к профессиональным организациям рабочих: он видел в них по существу только поле битвы для упражнений и маневров в политической классовой борьбе. [40]
Такой ход вещей экономист не может признать правильным; иначе он должен был бы, как сказано, отказаться от всей своей системы конкуренции; он должен был бы увидеть всю бессмысленность своего противопоставления производства и потребления, избыточного населения и избыточного богатства. А для того, чтобы привести этот факт в согласие с теорией, - ведь самого-то факта нельзя было отрицать, - была изобретена теория народонаселения. [41]
Затем исследуются различные состояния общества, где это имеет место, а под конец Смит наносит прямой удар определению стоимости товара заработной платой, а заработной платы - стоимостью необходимых жизненных средств, доказывая, что в Англии это, по-видимому, не имеет места. Сюда же - так как заработная плата определяется количеством средств, необходимым не только для жизни наличного населения, но и для его воспроизводства, - входит и кое-что похожее на маль-тусовскую теорию народонаселения. [42]
Из теории народонаселения Мальтуса, утверждавшего, что люди размножаются всегда быстрее, чем увеличиваются средства пропитания, Рикардо вывел закон, согласно которому средняя заработная плата ограничивается минимумом средств, необходимых для удовлетворения жизненных потребностей по привычному уровню, установившемуся для поддержания существования и для размножения населения. Он так же резко боролся против теории народонаселения Мальтуса, как Маркс и Энгельс. [43]
В третьем издания своих Principles, в главе 31 - й ( О машинах), Рикардо, который в предыдущих изданиях своей книги еще всецело следовал в этом пункте за Смитом, принимает поправку Бартона, и притом в той односторонней формулировке, которую дает ей Бартон. Рикардо только ошибочно ограничивает этот результат введения машин тем случаем, который встречается лишь в земледелии и который он распространяет также и на промышленность, а именно тем случаем, когда чистый продукт увеличивается за счет валового продукта. Но этим самым in nuce дано опровержение всей нелепой теории народонаселения, в особенности же болтовни вульгарных экономистов о том, что рабочие должны стараться удерживать свое размножение на таком уровне, который был бы ниже уровня накопления капитала. Наоборот, из даваемой Бартоном и Рикардо трактовки вопроса следует, что такое ограничение размножения рабочего населения, уменьшающее предложение труда и, следовательно, повышающее его цену, лишь ускорило бы введение машин, превращение оборотного капитала [ затрачиваемого на заработную плату ] в основной и таким путем искусственно создало бы избыточное население; ибо избыток населения существует, как правило, не в отношении к количеству средств существования, а в отношении к количеству средств найма труда, к действительному спросу на труд. [44]
Пришедшая на смену школы Тьерри позитивистская социология и историография сделала значительный шаг назад в понимании существа исторических процессов. Весной 1853 г. он прочитал некоторые произведения одного из основоположников позитивизма английского философа и социолога Герберта Спенсера - его книгу Социальная статика и статью Теория народонаселения, выведенная из общего закона плодовитости животных. Уже в этих работах сказалась свойственная позитивизму вульгарная тенденция к механическому перенесению биологических законов на общественную жизнь. [45]