Cтраница 2
Поскольку Россия представляет особую цивилизацию, у нас и подход к мобилизации особый: политические лидеры общества призывают массы выбраться из болота прошлого, отказаться от неэффективных прежних принципов общественной организации, а вовсе не зовут народ куда-то в определенном направлении, раскрывая новые социальные горизонты и предлагая некую позитивную программу. Из современных социологических теорий мобилизации вытекает, что это наиболее эффективный инструмент. Однако в результате своеобразного поиска врага оказывается, что наш общий враг - социальное прошлое, а именно там мобилизаторы должны искать позитивные образцы для заимствования, как учит теория, следовательно, и здесь образуется дурная петля государственной идеологии. [16]
В настоящее время происходит очередная перестройка буржуазной политической экономии. Неоклассический синтез дополняется современными социологическими теориями, в частности теорией Дж. [17]
Выполнение поставленных Миллсом задач дает социологу картину общества со всеми его противоречиями, конфликтами и гармонией, порядком и беспорядком, прогрессом и регрессом. Эта методологическая установка составляет основу современной социологической теории конфликта, альтернативу стр таурно-функциональному анализу. Именно такую задачу ставил перед собой Миллс, создавая свою социологическую концепцию. [18]
В работе Расовая борьба Гумплович ввел понятие этноцентризм, впоследствии разрабатывавшееся Самнером и вошедшее в понятийный аппарат социологии. Натурализм и вульгарный материализм, присущие концепциям Гумпловича, отвергаются в большинстве современных социологических теорий. [19]
В Институте социологических исследований был создан сектор не по истории западной социологии, а по критике буржуазной социологии. Тем не менее, используя принятые правила игры, ряд исследователей довольно подробно знакомили читателей с основньши направлениями западной социологической мысли. Боскова Современная социологическая теория [13], которая имела большое значение в просвещении советского читателя, и особенно социологического сообщества. [20]
Сорокин был вынужден эмигрировать за границу, сначала в Германию, затем в Чехословакию, а с конца 1923 г. в США, где он жил и работал до последних дней своей жизни. Сорокина характеризуется множеством работ, получивших широкое международное признание. Среди них Социология революции, Современные социологические теории, Социальная и культурная мобильность, фундаментальный четырехтомный труд Социальная и культурная динамика и многие другие. Сорокина исходило в целом из одних и тех же принципов, поэтому выделение в нем русского и американского периодов весьма условно. [21]
Изучение зарубежной социологической теории ( особенно современной) связано с определенными трудностями. И если в отношении классиков социологического знания эта ситуация начинает постепенно выправляться ( правда, в основном за счет переизданий работ, публиковавшихся в России до революции), то современная социологическая теория по-прежнему остается в основном terra incognita для российского читателя. Лукмана и некоторых других) не могут восполнить пробелы, существовавшие десятилетиями. Такой подход не столько объяснял взгляды, исповедуемые зарубежными социологами, сколько доказывал, почему эти взгляды неправильны. [22]
Социологические публикации были еще очень редки, издавались малыми тиражами. Боскова, выпущенная под редакцией Г.В.Осипова, Современная социологическая теория в ее преемственности и изменении. Несмотря на традиционное критическое название книга фактически была первым русскоязычным пособием по методам сбора и анализа данных в эмпирической социологии, основанным на современном опыте западной ( в основном американской) социологии. [23]
Функции религии должны быть соотнесены с тем фундаментальным фактом, что всякое социальное действие есть субъективно осмысленное действие, ориентированное на определенные ценности. Религия является звеном социокультурных связей, функционирование которого позволяет понять способ жизнедеятельности общества. Она выступает как фактор легитимации тех или иных форм деятельности, больше того - легитимации не той или иной нормы, но самого нормативного порядка. Вопрос стоит следовательно, о функции религии в более глубоком смысле, чем регулирование экономического или политико-правового поведения. Речь идет о моральном фундаменте общества, его этосе, т.е. определении того значения, которое имеет жизнь в самых глубоких ее основах. Религия рассматривается в современных социологических теориях и как фактор, способствующий поддержанию стабильности общества, и как фактор, стимулирующий его изменения. В основе этих проявлений религиозной активности лежит одна и та же функция, относящаяся к числу основных функций религии, - функция смыслополагания. Религиозное миропонимание, в отличие от философского или научного, выражается в ценностных категориях, т.е. ориентировано на то, чтобы показать - что значат те или иные события человеческой жизни в свете понимания конечных целей и устремлений. С этой функцией религия может справиться только в том случае, если она ориентирована не только на психологическое воздействие на индивида, но и способствует поддержанию даже не столько индивидуальной, сколько коллективной идентичности, т.е. воздействует на общество. [24]