Cтраница 2
Возможно, не обошлось без влияния родителей. Они не чаяли в нем души. Но и папа Тиводар, и мама Элизабет точно так же не чаяли души и во втором сыне, а он уж никогда не мнил себя Богом. [16]
Для Джорджа все военные будни 1944 года были захватывающим событием, и позднее он даже описывал этот год как счастливейший в своей жизни. Он, подобно киногерою Индиане Джонсу, презирал опасность и не ведал страха, мучавшего других. На него сильно влияло присутствие Тиводара: Джордж ужасно гордился отцом и, вдохновленный уверенностью Тиводара в себе, считал его настоящим героем. [17]
Некоторые из присущих Тиводару качеств были бесценны на войне, но в мирное время зачастую мешали. К началу 30 - х годов Тиводар уже не казался героем обитателям Лупы. Симпатичный черноглазый брюнет, он был атлетически сложен и любил заниматься спортом. [18]
Для Джорджа все военные будни 1944 года были захватывающим событием, и позднее он даже описывал этот год как счастливейший в своей жизни. Он, подобно киногерою Индиане Джонсу, презирал опасность и не ведал страха, мучавшего других. На него сильно влияло присутствие Тиводара: Джордж ужасно гордился отцом и, вдохновленный уверенностью Тиводара в себе, считал его настоящим героем. [19]
В другой раз, когда Соросы прятались в подвале, Джордж, Пол и Тиводар коротали время за разными играми. Тиводар, видимо, вспоминая опыт выживания в первой мировой войне, этого не делал. [20]
Она вспоминает, что жизнь Элизабет была нелегкой. Подобно многим зажиточным венгерским евреям, Тиводар и Элизабет явно тяготились своим иудейским происхождением. Потом Сорос не раз заявлял приятелям: Я вырос в еврейской антисемитской семье. Голубоглазый блондинчик - копия мамочки, а не знойного отца, - Джордж не был похож на еврея и сиял от радости, когда кто-нибудь говорил ему об этом. [21]
Ференц Нагель младше Сороса на год и по-прежнему живет в Будапеште. Он инженер-химик, работает на всемирно известном электроламповом заводе Тунгсрам. Впервые он встретился с Джорджем в 1936 году на острове Лупа, излюбленном месте отдыха горожан на Дунае, в часе езды к северу от Будапешта, где Соросы и Нагели приобрели дома. Если дела шли плохо, вспоминает Нагель, Тиводар всегда находил выход. [22]
Как признал позднее и Джордж, отец очень мало работал после возвращения из русского плена. Он просто не обращал внимания на то, что денежные дела отца то приходили в упадок, то шли прекрасно, то снова шли плохо. Пусть и невольно, Тиводар передал сыну многое, что тот пронес через всю свою жизнь. [23]
Ференц Нагель младше Сороса на год и по-прежнему живет в Будапеште. Он инженер-химик, работает на всемирно известном электроламповом заводе Тунгсрам. Впервые он встретился с Джорджем в 1936 году на острове Лупа, излюбленном месте отдыха горожан на Дунае, в часе езды к северу от Будапешта, где Соросы и Нагели приобрели дома. Если дела шли плохо, вспоминает Нагель, Тиводар всегда находил выход. Позднее Джордж вспоминал: На чьей стороне он был во время гражданской войны. Для Джорджа важно было то, что у Тиводара были все необходимые для этого качества. [24]