Cтраница 1
Товаровладельцы должны учитывать уровень равновесной цены ( отражающей равенство спроса и предложения) как норматив ( лат. Если, допустим, продавец установил очень высокую цену на свою продукцию, превышающую равновесный уровень, то он неизбежно столкнется с затовариванием продуктов, не нашедших сбыта. [1]
Товаровладельцы не могут субъективно приравнивать один товар к другому в любых пропорциях. Приравнивание товаров друг к другу при обмене предполагает их объективное равенство до обмена. [2]
Частные товаровладельцы только при обмене своих товаров на деньги узнают о том, нужен ли их труд обществу или нет. [3]
В этом затруднительном положении наши товаровладельцы рассуждают, как Фауст: В начале бьшо дело. И они уже делали дело, прежде чем начали рассуждатьГ Законы товарной природы проявляются в природном инстинкте товаровладельцев. Они могут приравнивать свои товары друг к другу как стоимости, а значит, и как товары, лишь относя их к какому-нибудь другому товару, лишь противопоставляя их ему как всеобщему эквиваленту. [4]
На рынке капиталист и рабочий внешне выступают как равные товаровладельцы: один - как покупатель, другой - - как продавец. Буржуазные экономисты издавна стремятся эту обманчивую видимость выдать за действительность, пытаясь обосновать отсутствие противоречий между трудом и капиталом. [5]
Но так как в этом сходятся между собой все товаровладельцы, то ни один товар фактически не является всеобщим эквивалентом, а потому товары не обладают и всеобщей относительной формой стоимости, в которой они отождествлялись бы как стоимости и сравнивались друг с другом как величины стоимости. [6]
Буржуазные и реформистские теоретики пытаются доказать, что рабочие и капиталисты как товаровладельцы равны между собой, что они обмениваются равными стоимостями, эквивалентами и что поэтому труд наемных рабочих на капиталистических предприятиях является свободным, добровольным трудом. В действительности равноправие капиталистов и рабочих носит формальный характер. За вывеской равенства скрывается экономическое принуждение к труду. Рабочий, не имея средств производства и средств существования, вынужден значительную часть рабочего дня работать на капиталиста бесплатно, его труд фактически является принудительным трудом, который К. Маркс характеризует как наемное рабство. Капиталистическая эксплуатация отличается от рабовладельческой и феодальной в сущности лишь тем, что она носит скрытый характер, маскируется меновыми отношениями купли-продажи рабочей силы. [7]
Также и они, собственники условий труда и рабочие, противостоят друг другу как товаровладельцы, и поэтому здесь отнюдь не предполагается производство, независимое от обмена. [8]
Он и владелец денег встречаются на рынке и вступают между собой в отношения как равноправные товаровладельцы, различающиеся лишь тем, что один - покупатель, а другой - продавец, следовательно оба - юридически равные лица. Для сохранения этого отношения требуется, чтобы собственник рабочей силы продавал ее постоянно лишь на определенное время, потому что, если бы он продал ее целиком раз и навсегда, то он продал бы вместе с тем самого себя, превратился бы из свободного человека в раба, из товаровладельца в товар. [9]
Поскольку полноценные деньги сохраняются длительное время и в любой момент могут быть превращены в товар, то товаровладельцы нередко продают товары с целью накопления денег, превращаясь таким образом в хранителей сокровищ. [10]
Маркс имеет в виду следующее мостов первом выпуске К критике политической экономии: Деньги, которые они [ товаровладельцы ] израсходовали как покупатели, возвращаются обратно в их руки, как только они выступают снова в качестве продавцов товаров. Постоянное возобновление товарного обращения отражается, таким образом, в том, что деньги не только постоянно перекатываются из одних рук в другие по всей поверхности буржуазного общества, но вместе с тем описывают множество различных маленьких кругооборотов, исходя из бесконечно различных точек и возвращаясь к тем же самым точкам, чтобы снова повторить то же самое движение ( издание 1949 года, стр. [11]
Соединение работников со средствами производства осуществляется на основе найма рабочего капиталистом, где обе стороны внешне выступают как равноправные товаровладельцы. Рабочий продает свою рабочую силу, а капиталист оплачивает ее стоимость. Как же возникает в таком случае прибавочная стоимость. Отвечая на этот вопрос, следует вспомнить о делении продукта на необходимый и прибавочный. Развитие производительных сил в докапиталистический период достигает такого уровня, что каждый работник может не только обеспечить самого себя, но и произвести излишек - прибавочный продукт. В условиях капитализма, где рабочая сила является товаром, это означает, что рабочий способен производить стоимость, превышающую стоимость его рабочей силы. [12]
Итак, хозяйственными должны быть признаны только такие договоры, в которых в виде общего правила могут выступать хозрасчетные организации - товаровладельцы, а само обязательство носит товарный характер. [13]
Для первого момента характерен обмен денег на товар - обмен эквивалентов; рабочий и капиталист противостоят здесь друг другу только как товаровладельцы. [14]
Действительный процесс присвоения совершается только в действительном процессе производства, для которого пройденным уже этапом является указанная первая, формальная сделка, где капиталист и рабочий противостоят друг другу просто как товаровладельцы, относятся друг к другу как покупатель п продавец. Поэтому-то все вульгарные экономисты, например Бастиа, не идут дальше этой первой, формальной сделки - для того именно, чтобы мошеннически отделаться от специфически капиталистического отношения. В обмене между деньгами и непроизводительным трудом это различие обнаруживается с полной ясностью. Здесь деньги п труд обмениваются друг на друга только в качестве товаров. Этот обмен, стало быть, не образует капитала, а представляет собой трату дохода. [15]