Cтраница 1
Точка зрения марксистов известна, но трудность в том, как ее передать массам в наиболее ясной форме. [1]
Необходимо подчеркнуть, что с точки зрения марксиста вполне и безусловно справедливо ( и только выражено, как сейчас увидим, крайне неудовлетворительно) и первое и второе. [2]
Третий пункт касается вопроса, как кончить войну. Точка зрения марксистов известна, но трудность в том, как ее передать массам в наиболее ясной форме. [3]
У марксистов, любезный цационал-социал, есть общая школьная программа, требующая, например, безусловно светской школы. С точки зрения марксистов, в демократическом государстве недопустимо нигде и никогда отступление от этой общей программы ( а заполнение ее какими-либо местными предметами, языками и проч. Из принципа же изъять из ведения государства школьное дело и отдать его нациям вытекает, что мы, рабочие, предоставляем нациям в нашем, демократическом, государстве тратить народные деньги на клерикальную школу. [4]
Человек будущего в России - рабочий, думают социал-демократы. Так формулирована была в одной рукописи точка зрения марксистов. [5]
Самым решительным доводом против марксиста является для него вопрос, который и задается с видом окончательного торжества: нет, вы скажите, вы хотите уничтожить общину или нет. Он абсолютно не хочет понять, что с точки зрения марксиста водворение - давний уже и бесповоротный факт, которого ни уничтожение общины, ни укрепление ее не затронет, - кан и теперь господство капитала одинаково и в общинной, и в подворной деревне. [6]
Полидоров, необходимо сохранить, и вовсе не из-за того, чтобы не поссориться с профсоюзами, а по самой сути дела нельзя стоять на точке зрения умаления роли профсоюзов. Чем больше профсоюзы будут развиваться и более широкие круги будут воспитывать для дела коммунистического строительства, поднимать массы культурно, тем больше они будут перекачивать своих представителей во все хозяйственные органы, тем больше будет возрастать роль их, тем больше будет увеличиваться их значение, тем больше они будут составлять основную ткань нашей хозяйственной и административной организации. С точки зрения марксиста соображение это должно быть совершенно ясно. Так как у нас в рамках капиталистического порядка вызревали профсоюзы, то совершенно естественно, что они должны были стать основой и базой строительства коммунистического порядка. Поэтому всякие попытки, которые шли по линии умаления профсоюзов, должны со стороны нашего партийного съезда встретить самый твердый отпор. Наоборот, мы должны выставить положение, что профсоюзы будут играть все большую и большую роль, образуя все более и более основную ткань хозяйственных органов. [7]
Если бы члены оппозиции поставили так вопрос, если бы они спросили себя: а как расценивает партию рабочий класс - сочувственно или несочувственно. Ключ к пониманию всех вещей, касающихся итогов дискуссии, сводится к ленинскому призыву. Если рабочий класс посылает в партию 200 тысяч своих членов, отбирая наиболее честных и выдержанных, то это значит, что такая партия непобедима, ибо партия стала по сути дела выборным органом рабочего класса, пользующимся безраздельным доверием со стороны рабочего класса. Такая партия будет жить на страх врагам, такая партия разлагаться не может. Беда нашей оппозиции состоит в том, что она подошла к вопросам партии, к вопросам об итогах дискуссии не с точки зрения марксиста, расценивающего удельный вес партии под углом зрения ее влияния в массах, ибо партия для масс существует, а не наоборот, - ас точки зрения формальной, с точки зрения чистого аппарата. Для того, чтобы найти простой и прямой ключ к пониманию итогов дискуссии, нужно обратиться не к болтовне об аппарате, а к тем 200 тысячам, которые вошли в партию и которые вскрыли глубокий демократизм партии. Упоминания в речах оппозиционеров о демократии есть пустая болтовня, а вот когда рабочий класс посылает в партию 200 тысяч новых членов, - это настоящий демократизм. [8]
Марксист держится именно этого последнего мнения; он утверждает, что это вовсе не случайность, а необходимость, необходимость, обусловленная капиталистическим способом производства, господствующим в России. При этих условиях без всякой уголовщины, без всякого лакейства, без всяких фальсификаций, - из крестьянства выделяются богатые и бедные. Старое равенство не может устоять перед рыночными колебаниями. И факт - то, что богатство немногих становится при этих условиях капиталом, а бедность массы заставляет ее продавать свои руки, работать за чужой счет. Таким образом, с точки зрения марксиста, капитализм засел уже прочно, сложился и определился вполне не только в фабрично-заводской промышленности, айв деревне и вообще везде на Руси. [9]