Cтраница 2
Он был так нужен, так необходим каждому из его учеников и всей Руси, что неотступно билась мысль: Как мы теперь без тебя, дорогой учитель. [16]
Вот и в рассказ из рукописи, и в эту заметку для книги воспоминаний пришлось добавить несколько последних скорбных строчек, так как, пока решается вопрос об издании рукописи, уходят из жизни ее герои. Не стало и дорогого учителя - Александра Ильича Ахиезера, и рассказ о нем был не единственным, потребовавшим добавления скорбной концовки. Такую концовку пришлось дописать и к рассказу Романтическое путешествие длиной в жизнь, в котором речь идет о моем знакомстве в довоенном университете с молодой преподавательницей английского языка - Софьей Барак, о моей дружбе с ней, переписке во время войны и о послевоенных 55 годах счастливой семейной жизни с ней в любви и согласии. [17]
Мы выполнили завет нашего дорогого учителя Владимира Ильича Ленина, мы ликвидировали неграмотность среди крестьянских и рабочих масс на 100 проц. Во многих волостях мы ввели всеобщее обучение; дети беднейших родителей снабжаются горячими завтраками, одеждой, обувью и имеют ночлег. [18]
Старому вождю партии и нашему вождю и отцу Владимиру Ильичу Ленину преподносим наш посильный подарок - шерстя ную рубашку, сотканную и связанную нашими рабочими руками. Пусть согревает она тебя, наш дорогой учитель и вождь, нашей рабочей, пролетарской любовью. [19]
Несколько неотложных обстоятельств заставили меня приступить к написанию этой весьма ответственной и принципиально важной для меня книги. Во-первых, неоплаченный долг перед моим дорогим учителем, академиком Петром Кузьмичем Анохиным, которому я обязан моим формированием и своего рода закалкой как ученый-физиолог. [20]
Карстаньен совершенно прав, называя эту точку зрения скептицизмом по преимуществу ( S. Карстаньен защищает, между прочим, в этой статье своего дорогого учителя от позорного ( с точки зрения немецкого профессора) обвинения в материализме, брошенного Вунд-том. [21]
Московских паровозных мастерских, с неимоверным прискорбием следим за болезнью нашего дорогого учителя Владимира Ильича. [22]
Карл Маркс в большей степени был европейцем и хотя, может быть, невысоко ценил своих друзей только по науке ( scientific friends), предпочитая им товарищей по классовой борьбе пролетариата, но не проявлял этих личных пристрастий в своем поведении. На протяжении двадцати пяти лет я продолжаю сохранять о нем благодарную память, как о дорогом учителе, общение с которым определило до некоторой степени направление моей научной деятельности. С этим представлением связано и другое, а именно то, что в его лице я имел счастье встретиться с одним из тех умственных и нравственных вождей человечества, которые по праву могут считаться великими, так как в свое время являются самыми крупными выразителями прогрессивных течений общественности. [23]
Много хороших слов как с трибун съездов, конференций, совещаний, так и Б статьях, книгах было сказано об одном из известнейших ученых современности Константине Ивановиче Скрябине. Пройдут годы и многое из того, что он сделал, о чем говорил, о чем думал и мечтал, будет рассмотрено с позиций нового времени, но то основное, что свойственно было ему, что отличало его, сохранится в веках. Его дерзновенность и целеустремленность в осуществлении поставленных перед собой задач, одержимость исследователя, гражданственность мыслей и поступков - вот портрет нашего дорогого учителя, основателя школы советских гельминтологов - Константина Ивановича Скрябина. [24]
Мы уверены, что в неопубликованных воспоминаниях о студенческих годах многих ученых и инженеров нашей страны имеются интересные и всесторонние характеристики этого человека. Мысленно листая страницы своей жизни, связанные с механико-математическим факультетом Московского университета 20 - 40 - х годов, я отчетливо вижу своего дорогого учителя, и у меня теплеет на сердце и розовеет мир. Изложенное в § § 1 - 5 и есть мое восприятие и понимание Минакова. Я думаю, что он хорошо знал душу человеческую студента XX в. [25]
Лесевич считает последним словом эмпириокритицизма, прямо провозглашает вождями нового направления именно троицу: Шуппе, Маха и Авенариуса ( Eia-fiihrung in die Philosophic der reinen Erfahrung, Bd. II, 321) - едва ли не единственного видного махиста, который устыдился такой родни, как Шуппе, и старался принципиально отгородиться от него, за что ученик Авенариуса получил от дорогого учителя замечание. [26]
Вы знаете, что основная суть этой старой брошюры Троцкого состоит в отрицании ленинского понимания партии и партийной дисциплины. В этой брошюре Троцкий иначе не называет Ленина, как Максимилиан Ленин, намекая на то, что Ленин является повторением Максимилиана Робеспьера с его стремлением к личной диктатуре. В этой своей брошюре Троцкий прямо говорит, что партийной дисциплине нужно подчиняться лишь постольку, поскольку решения партии не противоречат желаниям и взглядам тех, кои призваны подчиняться партии. Это есть чисто меньшевистский организационный принцип. Там так и сказано: Дорогому учителю Павлу Борисовичу Аксельроду. [27]
Вот, дорогой г. Миттаг-Леффлер, каковы мои личные чувства. Но я обязана сообщить Вам следующее: г. Вейерштрасс, насколько он может судить о положении вещей в Швеции, не считает возможным, чтобы Стокгольмский университет допустил женщину в число своих профессоров. Более того, он опасается, что если Вы будете слишком настаивать на подобных нововведениях, то это может повредить Вашему собственному положению, так как, по его словам, имеется достаточное число лиц недоброжелательных и желающих повредить Вам хотя бы из зависти. Разумеется все, что я здесь пишу Вам, предназначено только для Вас, и я прошу хранить это в строгой тайне. Но с моей стороны было бы слишком эгоистично не сообщить Вам этих слов нашего дорогого учителя. Вы можете себе представить, насколько я была бы огорчена, если бы в конце концов только повредила Вам - который всегда проявлял ко мне столько внимания и готовности услужить мне и к которому я чувствую столь искреннюю дружбу. В виду этого я думаю, что, пожалуй, было бы более осмотрительным не предпринимать в данный момент никаких попыток и во всяком случае выжидать полного окончания работ, которыми я сейчас занята. Если мне удастся закончить их настолько же успешно, насколько я надеюсь и желаю этого, то во всяком случае это будет поддержкою в намеченной мною цели. [28]
А вот письмо от 11 ноября 1910 г. бывшего ученика Кучерова: Искренне уважаемый Михаил Григорьевич. Вернувшись из летней командировки в степные леса, я узнал, что бывшие Ваши товарищи и сослуживцы прощались с Вами за домашней застольницей. Как бывший Ваш ученик, а впоследствии сослуживец, я хотел бы присоединиться к числу тех из них, которые душевно скорбят об уходе Вашем из нашей институтской семьи. С Вашим уходом она теряет честного, прямого и идейного деятеля, голос которого не боялся звучать диссонансом среди других в дни, когда всем жилось тяжело. Сердечно желаю Вам, дорогой учитель, сил, здоровья и бодрости духа на многие годы для дальнейшей Вашей плодотворной работы. [29]
Что касается другой половины блока теперешней оппозиции - Каменева и Зиновьева - то да, их падение печально. Прямо нужно сказать, что в эмиграции, до того времени, как Зиновьев первый раз выступил здесь в России, доклада Зиновьева, собственно говоря, даже полсотпя людей не могла слушать. Великая революция 1917 года с февральско-мартовских дней до Октябрьских выдвинула его, и особенно он выдвинулся сам по себе, постоянно повторяя на всех митингах: Мой дорогой учитель, мой друг Ленин. [30]